Незаметно пролетел сентябрь, за ним с ледяными дождями, порывистым ветром, крепкими заморозками и первым снегом октябрь. Семен охотился, приходил довольный.
– Глянь, куницы, а это колонок. Красивый, да? Смотри, как мех играет.
Потом он свежевал тушки, шкурки замачивал в растворе, разведенном в ржавой ванне под навесом, а свежатину бросал в яму за избой, где её находила Геля и быстренько оприходовала. Что оставалось, доедали лесные зверушки. Ни Семен, ни Ольга вначале ничего не замечали в поведении Гели, хотя видели, как раздулся её живот. Они решили, что Геля обжирается мясом, и решили урезать её рацион до минимума.
– Ты скоро свое пузо с места не сдвинешь, – выражал свое недовольство хозяин, когда разлегшись у порога, собака не сразу поднималась, чтобы дать пройти.
Не забывал Семен тренировать Ольгу. Она уже показывала неплохой результат, но только по неподвижной мишени.
– Лес не тир, здесь мишени не прибиты к стене, – вещал учитель. – Прицел должен быть на шаг впереди мишени, и учись просчитывать траекторию движения.
Ольга старалась. Она и раньше любому делу отдавалась всей душой, доводя навыки до совершенства. Взять хотя бы занятия фитнесом. От природы она не отличалась особой стройностью, не по моде пухлявой была, а хотела выглядеть как те красотки, что постоянно трудились на тренажерах. Через полгода упорных занятий Ольга обрела более рельефные мышцы спины и ног, плоский живот и подтянутость груди. Правда, на размере одежды это никак не сказалось, и как покупала она себе 54 размер, так и покупала. Садиться же на жесткую диету или тем более голодать она не собиралась. Полуголодная юность не сделала её обжорой, но и не заставила отказаться от деликатесов или просто хорошо приготовленной еды. Сама она редко готовила дома – иногда пару горячих бутербродов, реже супчик или любимые оладьи. В обед она предпочитала ходить в ближайшее кафе, а вечерами часто бывала в одном маленьком грузинском ресторанчике.
– Завтра со мной пойдешь, – сказал Семен, вешая ружье на стену. – Вот только экипировку тебе надо сменить.
Ольга до сих пор носила свою одежду – джинсы и куртку, под которую поддевала свитер или кофту, но с ужасом ждала, когда начнутся настоящие морозы. В глубине души она надеялась, что вид раздетой женщины смягчит не знающее снисхождения к слабостям сердце Семена, и он отвезет её к людям.
Но у него все было предусмотрено. Вечером, после ужина, он достал один из тюков и начал вынимать теплые вещи. Размер явно не его, гораздо меньше. На свет появились стеганные штаны и куртка с капюшоном из пятнистой ткани, невысокие дутые сапожки на липучках и толстой подошве, рукавицы, шерстяной тренировочный костюм, носки и шапка-ушанка с завязками.
– Зацени, все новое, только с рынка, – похвастал Семен. – Я о своих женщинах забочусь. Примерь.
Ольга взяла в руки куртку. Сорок восьмой размер. Не подойдет.
– Твоя Алка худышкой была, да?
– Не так чтобы очень, но да, стройная. Только ноги коротковаты были и попа великовата. Да ты не волнуйся, тебе в самый раз будет. Мне со стороны виднее: ты свои телеса растрясла основательно.
– Что ты имеешь в виду?
– А то, что жирок с тебя сошел, вот чего! Натягивай, будет в пору. У меня глаз – алмаз.
Женщина стянула с себя джинсы, надела штаны. В длину нормально, пуговицы на талии с трудом, но застегнула. А ведь и впрямь похудела, только за всеми этими переживаниями не обратила внимание. Так, теперь сапоги. Великоваты.
– Ничего, пару носков лишних наденешь, – посоветовал Семен. – Зимой одной пары по-любому будет мало. Давай куртку.
Куртка тоже была в пору, только рукава длинноваты.
– Это надо завернуть, вот тут липучки, ими закрепить. Повернись.
В узком пространстве между столом и печкой Ольга повернулась кругом, а Семен придирчиво её оглядел.
– Подвигайся, согнись, попрыгай, – велел он. – Не жмет, не давит? Удобно?
– Вроде да.
– А чего глаза на мокром месте? – прикрикнул с раздражением мужчина. – Не по моде?
– В жизни бы такое не надела, – независимо взглянула на него Ольга. – Я шмотки из Милана привозила, ясно?
– Куда уж яснее, только ты в миланских тряпочках и носа не высунешь за порог, а так хоть на охоту, хоть на рыбалку в любой мороз. Тут главное вечером все на веревку у печки развесить, поняла? За ночь одежда просохнет, теплой будет, утром снова наденешь, и весь день тепло будет. Да, к рукавицам лямку пришей, да через петлю на куртке продень, а то потеряешь – других взять негде.
Иногда их занятия по стрельбе проходили, так сказать, в полевых условиях. Глубоко в лес и высоко на отроги гор Семен не забирался, так как понимал, что неподготовленная охотница задохнется на первом же километре, поэтому они кружили вокруг поляны, высматривая добычу. Здесь среди могучих вязов и дубов, зарослей ольхи и рябины водились рябчики, глухари, частенько попадались серые куропатки. Проблема была в том, что Ольга не успевала вскинуть ружье и выстрелить до того, как птица вспорхнет со своего места. Все патроны уходили в никуда.
– Ладно, на сегодня хватит, – решал Семен. – Возвращайся, а тут еще похожу…
