Уральские петы (СИ) полностью

Непрекращающийся обстрел продолжил выбивать миньонов одного за другим. Когда их осталось всего трое, они бросились в сторону стрелков. Не став бежать за ними, я с Хасей и Лёлей пошёл в сторону посёлка. За нашими спинами раздался взрыв, как мы и предполагали, смотреть под ноги никто из заражённых не удосужился.

Пусть взрыв гранаты на растяжке и не смог нанести раны имеющим энергозащиту, но вызвал у них дезориентацию. Троица лучниц воспользовалась паузой и когда сменила Луки на холодное оружие, после их совместной атаки, в живых остался лишь один из нападавших.

Пока мы добирались до территории посёлка, его, протирающего глаза от попавшей в них взвеси грунта, зарезала Серпом Лика. Не доходя до домов, я получил стрелу в щиток, прикрывающий правую ногу. Не только у нас было дистанционное оружие.

Лучники противника засели на чердаках опустевшего поселения и начала осыпать нас стрелами, когда мы достигли границы дальности их луков. С поднятыми перед собой щитами, мы начали передвигаться вдоль центральной улочки, давая целеуказания следующим за нами Лике, Инге и Маше.

Достигнув конца местного проспекта, мы зашли в распахнутую дверь самого богатого дома посёлка. Он весь был украшен резьбой и скульптурами, напоминая мне любой из индуистских храмов, которые мы насмотрелись уже до тошноты.

Поднявшись по скрипучей лестнице на второй этаж, я пошёл подниматься на чердак, где засел местный главарь. Люк туда был распахнут, и когда моя голова пересекла его границу, я едва успел её отдёрнуть. По самой верхушку моего шлема шоркнуло лезвие.

Присев я напряг мышцы ног и стрелой выпрыгнул из проёма, увидев напротив себя толстого индуса двадцать первого Уровня, судя по одежде и красной точке на лбу - брахмана. Он взмахнул своим мечом, решив повторно испытать судьбу, но я был готов.

Ещё когда я оказался в доме, то сразу поменял Копьё и щит на Топор, рукоятью которого сейчас и отбил нападение, отбросив оружие противника вправо. В левой руке у меня был Стилет, им я и поставил ещё одну точку на голове заражённого брахмана. На этот раз она была в его глазнице, и символизировала не его высокое положение в обществе индусов, а мою безоговорочную победу.

Пока Смайл вёл свою битву, я посмотрел в чердачное окно, под которым лежал брошенный только что убитым мною противником индийский лук. На улице я заметил, как мимо нашего дома пробежало двое выживших, после визита следующих за нами лучниц, миньонов. За ними топоча берцами неслась словившая азарт Маша, обзывая их кобэрдэ, что по-испански означало "трусы".

Несмотря на то, что за рекой, к которой стремились беглецы, их ожидала встреча с Томой и Валей, с крыльца к погоне присоединилась Алёна. Негритянка заразилась испанскими эмоциями и, опережая Марию-Долорес, устремилась к ведущему к водопаду спуску из посёлка.

Не став их останавливать, я спустился вниз, собрав трофеи на чердаке. Хася, увидев меня, прекратила шмонать пожитки заражённых. Махнув ей рукой, чтобы не обращала на меня внимание, я вышел на улицу и встретил подошедших Лику и Ингу.

- КагАда! - донеслось со стороны водопада, что переводилось как "дерьмо", а вслед за ним ещё более настораживающее, уже по-русски. - Идиотка.

Посмотрев по Камерам, я увидел, что Алёна, так и не настигнув беглецов, сиганула вслед за ними в водопад. Её полёт с тридцати метров был превосходно зафиксирован Девайсами, установленными на плавающих снизу на лодке Кате и Люде.

Во время полёта, Лёля пыталась изобразить что-то из фигур спортивных прыжков с трамплина. Однако максимум чего добилась - это падения в воду вниз головой. Спустя несколько секунд туда же упала туша её питомца Гоши, а вслед за ним шмякнулась звёздочкой Маша.

------------------------------------

Вторник (16.08)

Несмотря на то, что зельеварша приводнилась крайне неудачно, отбив до красноты свою кожу о воду, это позволило ей не попасть в ситуацию, аналогичную той, в которую встряла тогда петоводша. Пока Катя с Людой добирались до них, Марии вместе с Гошей удалось вытащить за ноги его хозяйку, воткнувшуюся в илистое дно реки по грудь.

Сама Лёля вытащить себя не смогла бы. Воткнулась она в дно, как свая, наглухо. Если бы не действия отважной зельеварши, то там бы на дне и окочурилась. Её потом полчаса откачивали в лодке, так сильно она наглоталась воды, а потом и земли.

Но были в этих глупых прыжках с трамплина и хорошие последствия. Синхронизация зельеварши с остальными жёнами порядком повысилась. Рискнувшую жизнью и сиганувшую в почти пересохший водопад Машу женский коллектив одобрял.

Видимо волшебная женская логика заменила у Спутниц понятие "безрассудность" на "храбрость", а "идиотизм" на "самопожертвенность". Моя же, мужская логика, то, что сделала Маша, никак не переименовывала. Выжила она не иначе, как чудом, так как половины Модов, обеспечивающих бы ей выживание не имела.