Когда арестованных усадили на линейки, чтобы доставить в губернскую тюрьму, Алексей Николаевич со значением посмотрел на Белопашенцева. Теперь все зависело от решительности старшего унтер-офицера. Иван Захарович в гляделки играть не захотел – распоряжался рассадкой бандитов. Атамана он приказал везти отдельно и сам сел с ним в пролетку.
Поезд из нескольких экипажей двинулся в Екатеринбург. А питерцы, опустошенные донельзя, добрались до гостиниц и легли спать. Через три часа статского советника подняли на ноги. К нему в номер пришли заведующий жандармским пунктом ротмистр Красновский и старший филер Белопашенцев. Последний выглядел особенно расстроенным.
– Ваше высокородие! Случилось непредвиденное, – хмуро заявил он. – Вы предупредили меня о том, что преступник Шелашников особо опасен. А я…
– Что случилось, Иван Захарович? – бодро спросил сыщик, надеясь услышать долгожданный ответ.
– Упомянутый Шелашников попросился по нужде, пришлось развязать ему руки. И он напал на меня. Пытался вырвать револьвер, душил. В завязавшейся борьбе оружие само выстрелило, и пуля попала арестованному в голову. Нанеся ранение, несовместимое с жизнью. Моя вина – не справился. Прошу провести расследование моих действий, и если в них найдут ошибку – готов понести наказание.
Лыков с трудом сохранил серьезное выражение лица:
– Иван Захарович, люди такого склада, как Шелашников, не сдаются без боя. Он сложил перед нами оружие в надежде сбежать при первой же возможности. Нас в засаде было мало, вы не спали всю ночь. Руководили действиями подчиненных. Смело подставили бандитам спину, изображая сторожа… Утомились и понервничали. И даже в таком состоянии не позволили опаснейшему преступнику, убийце, оказаться на свободе. От лица Департамента полиции выражаю вам благодарность. О вашем мужественном поведении будет доложено в рапорте на имя министра.
И в конце добавил с особым чувством:
– Спасибо!
Целые сутки полицейские власти Екатеринбурга вели дознание по делу о нападении на контору Березовского товарищества. Питерцы в этом не участвовали – отдыхали. На другой день их позвали на Северную улицу, в кадаверную[101] городской больницы. Там лежали два трупа. Сыщики опознали в них Матвея Шелашникова и Автонома Пиньжакова. При этом рассказали, как Пиньжаков следил за статским советником и явно замышлял на него нападение. Судебный следователь записал их показания в протокол и отпустил.
Убийство Графа Платова при попытке к бегству устроило многих. В частности, «иван» унес в могилу тайну сговора с Обергаузом о налете на минералогический кабинет. Через день управляющий с разрешения начальника ГЖУ подполковника Флоринского вручил старшему унтер-офицеру Белопашенцеву денежную награду в тысячу рублей – за спасение коллекции золотых самородков. А по служебной линии Иван Захарович был произведен в вахмистры.
Все это несколько скрашивало досаду статского советника от осознания незамысловатости собственной миссии. Поездка в Березовский завод открыла ему глаза. Сыщик собрал на явочной квартире ГЖУ Азвестопуло и Запасова и объяснил им свои умозаключения. Квартира находилась во флигеле в конце Кузнецкой, напротив магнитно-метеорологической обсерватории.
Запасов послал хозяина явки, отставного жандарма Викулова, за пивом. Тот ушел и как сквозь землю провалился. Лыкову надоело его ждать, и он начал лекцию:
– Итак, господа царевы слуги, на этот раз мы поработали на частную лавочку. Вели дознание, часто с риском для жизни. Вскрыли сложный механизм хищений жильного золота с Березовских приисков. Разобрались в мошенничествах вокруг самородной платины в Исовском платиноносном районе. Обнаружили тайную золотосплавочную лабораторию. И немного уменьшили – полагаю, временно – масштаб хищничества. И все это ради чего? Ну?
Азвестопуло промолчал, он уже во всем разобрался. Полковник Запасов морщил лоб:
– Алексей Николаич, не томи душу. Куда нас вписал Джунковский, в какую помойку мы ухнули?
– Именно, что в помойку, Дмитрий Иннокентьевич. Клад Лбова, готовящееся цареубийство были выдумкой, чтобы заставить нас рьяно вести дознание. Авторы этого вранья – наши собственные начальники. Лыкошин вряд ли, его привлекли для маскировки. А вот Джунковский и его покровители явно в деле.
– Стой, давай подробнее насчет покровителей, – остановил статского советника полковник.
– Рад бы, но не располагаю точными сведениями.
– И чего тогда?.. Сплетни будем обсуждать?
– Дима, а как ты узнаешь факты? Это большая коммерческая тайна: кто из сановников занимается незаконными операциями с золотом. Фактов нет и не будет. Есть здравый смысл и косвенные улики.
Запасов надулся:
– Хорошо, выкладывай свой здравый смысл на стол. Кто эти люди?
Алексей Николаевич начал издалека:
