– Солдат, осознанно принявший мысль о своей смерти, имеет только одну вещь, чтобы поддерживать себя – силу своих решений. Он – хозяин своей судьбы. Он полностью понимает, что его выбор – это его ответственность, и если однажды он сделал его, то нет пути назад. Его решения окончательны и обжалованию не подлежат. Беспокойся и думай до того, как принять решение, но когда ты его принял, освободись от забот и мыслей; впереди тебя будут ждать миллионы других решений.
– Таким образом, осознавая и принимая свою смерть, с опорой на силу своих решений ты организуешь свою жизнь стратегически, – подытожил он. – Знание о своей смерти ведет тебя и делает отрешенным и безмолвно страстным; сила твоих окончательных решений делает тебя способным выбирать без сожаления, и то, что ты выбираешь, стратегически всегда самое лучшее. Следовательно, ты выполнишь все, что должен выполнить, невзирая ни на численное превосходство противника, ни на его вооружение и подготовку.
Подобного рода общение Боргезе с солдатами было частым. Он считал себя ответственным за настроение и дух своей армии, краеугольным камнем которой являлся культ воина. В казармах Боргезе, будь то Сан Бартоломео, Милан или Триесте, всегда ждали приезда Черного Принца. Вдохновленные его личным примером и операциями его флотилии, солдаты «Сан Марко» были готовы к выполнению любого приказа своего командира. Фронтон всех трех казарм украшали географические названия мест, где героические дела прославили Х флотилию МАС: Мальта, Гибралтар, Александрия, Суд и т. п.
Каждая элитная часть должна иметь свою песню. Юнио Боргезе создал такую: меланхоличную, взывающую к памяти о погибших и призывающую к будущим победным сражениям.
В Республике Сало, где каждый подчинялся тому, кто ему казался лучшим, батальон «Сан Марко», физически тренированный и морально подготовленный, дисциплинированный и отлично организованный, не мог не вызывать зависти. Решение Муссолини сделать Риччи ответственным за формирование Национальной гвардии усугубило путаницу и умножило число вербовочных пунктов. Большая часть личного состава старой армии – мужчины от тридцати до сорока лет – находились в лагерях на территории Германии, в плену на Балканах, были потеряны на севере и юге Италии, и вербовщикам приходилось спорить между собой из-за пятнадцати-семнадцатилетних мальчишек.
Черная масса, уже довольно разряженная и разуплотненная, подошла к Пропастям Великой Безысходности, от которых веяло ледяным холодом. За время пути в эту часть мироздания масса достаточно уменьшилась в размере, так как идти до границы Ада было долго и трудно. Но пришельца это не беспокоило: конечная цель пути этого существа стоила любых жертв с его стороны.
Башни, двигающиеся вдоль границы Хоронзона, не давали никому переступить ее. Здесь не любили и не ждали гостей. Путешественник из Пустоты остановился, чтобы оценить опасность столкновения с каменными глыбами. Башни двигались быстро и непредсказуемо. Иногда они сталкивались друг с другом, сотрясая пространство вокруг немыслимым грохотом и озаряя его молниями света. Но чаще всего каменные глыбы рыскали в поисках нарушителей границы. Геометрия их танца была за пределами понимания. Немного подумав, пришелец сделал шаг вперед и вступил на территорию Хоронзона. Желание попасть в Пропасти Великой Безысходности перевесило страх перед перспективой быть перемолотым ее каменными пограничниками.
Середина осени 1943 выдалась холодной. В некоторых городах северной Италии уже выпал первый снег. Одним из таких городов, первым почувствовавшим приход зимы, стала индустриальная столица Италии – Турин. Турин понемногу начал белеть. То там, то здесь снег покрывал крыши домов и кроны деревьев, улицы и переулки, открытые пространства и дороги.
На дворе стоял ноябрь, самое начало месяца. Снег падал легко и свободно, на улице было свежо и холодно. В некоторых окнах домов горел свет. Заглянув в одно из таких окон, можно было увидеть группу мужчин зрелого возраста. Они сидели за круглым столом, внимательно слушая стоявшего перед ними коллегу, что-то горячо говорившего. Это была группа промышленников Пьемонте, тайно собравшаяся на конспиративной квартире на окраине Турина для согласования плана дальнейших действий.
– Мы должны договориться с Сопротивлением и сдать им Муссолини. Это спасет наши заводы от уничтожения. Когда фронт придет в Сало, то камня на камне не останется, – активно убеждал своих коллег и партнеров держащий слово оратор. Это был мужчина лет сорока пяти, среднего роста и крепкого телосложения.
– Допустим, Аугусто, но как мы это сделаем? У тебя есть план? – задал вопрос один из участников круглого стола.
– Плана нет, но я думаю, надо действовать через партизан. Если никто не возражает – я могу поискать с ними связи, – предложил Аугусто ди Петрис.
