Пять минут спустя Жаннет входила в пропитанный табачным дымом кабинет Брейна Лихмонта. Чтобы прижать тому хвост и уйти в отпуск. УБЛЮДОК потягивал сигару и, уткнувшись в стоявший на столе маленький цветной телевизор, смотрел местные новости. Гвоздем утренних новостей было сообщение о двух найденных телах, с которых целиком была стянута кожа. Журналисты рассуждали о якобы появившемся на острове маньяке и просили не терять бдительность.
Брейн знаком попросил хранить молчание и снова уткнулся в телевизор. Но Жаннет не стоило упрашивать. Ее охватило смутное чувство того, что убийство в поселке Мон-Флери имеет к ней какое-то отношение. Эта мысль заставила ее съежиться, но оторвать взгляда от экрана телевизора она была не в силах.
Далее в новостях появился комиссар Бред Ли, возглавляющий отдел по расследованию убийств. Он комментарии не давал и лишь обратился к населению с просьбой сообщать обо всех подозрительных лицах.
По окончании новостей УБЛЮДОК повернулся лицом к Жаннет и, точно прочитав ее мысли, произнес:
– Я думаю, вам самое время подумать о ребенке. О вчерашних делах можете не волноваться, – затем Брейн затушил в пепельнице сигарету и добавил: – Вам пора на отдых.
С пересадкой в Бангкоке к одиннадцати часам Крейс Митчелл прибыл на самолете в столицу Камбоджи Пномпень. Стрелка термометра в тени поднималась до тридцати градусов по Цельсию, но организм Крейса был отягощен еще и тем, что он, Крейс, попал в Камбоджу на конец первого месяца сезона дождей, длящегося с мая по октябрь.
Как правило, утро влажного сезона начинается с сильных испарений. К полудню духота становится невыносимой, насыщенный парами воздух недвижим, а солнце, как теннисный мяч, выпрыгнувший из воды, с семи утра, зависнув где-то в зените, нещадно палит до самого захода. Во второй половине дня, каждый день в одно и то же время, с Индийского океана летний муссон приносит массы теплого и влажного воздуха, который в свою очередь выпадает на континент в виде дождей. Уже через час после ливня ни в городе, ни на дорогах нет никаких следов воды: все, что не успело впитаться в землю, уйти на поля, превращающиеся в дождливый сезон в сплошные озера и реки, снова поднялось в воздух, до предела насытив его парами. А в шесть часов вечера, уступая место расцвеченной звездами тьме, солнце уходит за горизонт так же стремительно, как и при восходе.
И так каждый день, до самого ноября, после которого на смену влажному муссону приходит зимний, приносящий с собой сухой воздух с континента.
Пномпеньский международный аэропорт Почентонг, в далеком прошлом один из самых красивейших в мире: нарядный, удобный и совершенный по своим пропорциям и техническим требованиям – встретил Крейса невыносимой духотой. По воле рока в этот день за компьютерным терминалом камер слежения сидел человек с капитанскими нашивками – начальник охраны Вен Джун. По обыкновению этим занимался один из его подчиненных, но на днях в аэропорту поставили несколько современных камер, и капитан проверял работоспособность нового оборудования лично. С помощью джойстика он мог развернуть камеру на 360 градусов и благодаря ее электронной начинке на одежде человека рассмотреть любую ворсинку.
По паспортным данным, Вен Джуну было сорок шесть лет, на вид все семьдесят. В день, когда он родился, бог отдыхал. Его широкий робеспьеровский лоб создавал впечатление большого ума, и вся красота этого человека, казалось, была высосана мозгом. Но за его широким лбом скрывалось не столько ума, сколько хитрости, зла и коварства. Образ человека, прошедшего огонь, воду и медные трубы, дополнял протез, заменяющий подколенную часть левой ноги.
Вен Джун ненавидел свою страну за климат, за ужасное прошлое и мечтал, что когда-нибудь поселится в тихом, укромном уголке планеты и станет разводить кактусы или еще что-нибудь в этом роде. Но, по сути, причина была несколько иной.
23 года назад Вен Джун оказался замешанным в такие дела, вспоминая о которых, он на искалеченной полуноге испытывал жуткий зуд. Здесь, в Камбодже, обстоятельства настоящего времени напоминали обстоятельства прошлого, активируя болезненную реакцию на воспоминания о неприятном происшествии из былого. Сегодня ночью капитан практически не спал. Обрубок его искалеченной ноги покрылся аллергической сыпью. До самого утра он делал примочки, но прошлое приближалось со скоростью летящего самолета. Предчувствие. И оно его не обмануло.
