Из школьников только она (да еще, пожалуй, ее друг Коля Звеновой) не боялись старого пограничника. Но и Савелий радовался Саше, блестел уцелевшим глазом всякий раз, когда видел. Вот девушка к нему и привыкла. Следы от ожогов не шокировали ее, как остальных школьников. Да и знала Саша: отметины эти остались Савелию на память о спасенной им жизни.
— Обычно благосклонна, — уклончиво ответил старый пограничник. — Но за всю историю Школы…
— …было три летальных исхода, — со вздохом закончила знакомую по урокам учителей фразу Саша.
В другое время девушка обязательно бы расспросила Савелия, не знал ли он лично тех, кого энергии не пощадили. Но в этот раз почему-то промолчала. Только подумала: после инициации она в первый раз попадет в населенный не пограничниками, а обычными людьми мир. Сначала пройдет стажировку, потом начнет работать. Интересно, какой-то она будет, ее работа?..
И Саша снова перевела взгляд на скалы, озаряемые лазорево-алыми всплесками — будто те могли дать ответ.
— Тебе пора в поселок, Саш, — напомнил сторож.
— Пора, дед Савелий, — вздохнула девушка.
Посмотрела на изуродованное шрамами лицо.
— Вот и ступай, внучка! — Улыбка старого пограничника была теплой и светлой, нестрашной — несмотря на шрамы. — Тебе надо выспаться как следует, а то Бездна не сможет раскрыть твой потенциал. Поверь, я знаю, о чем говорю.
Так Саша, поблагодарив сторожа за совет, направилась домой — думать о грядущем испытании в одиночестве.
***
Пограничье — это небольшая долина в горах. Горные пики, ледники и ущелья тянутся насколько хватает глаз. Известно, что сам горный массив не переходил никто и никогда, но с каждым столетием в летописях появляются новые имена отчаявшихся — потому что покинуть долину можно только официальным путем через так называемую земную горловину, и больше никак. По крайней мере, именно так рассказывали школьникам.
Вот и получалось, чтобы покинуть долину, требовалось всего лишь окончить Школу, пройти стажировку и получить работу на Земле. Правда, там требовались только очень хорошие специалисты… Но и в Пограничье заурядные личности рождались редко.
Выпадал жителям Пограничья и второй шанс — если с первым местом работы не заладилось по объективным причинам. Поговаривали, мог выпасть даже третий…
Вот только, переинициация происходила уже не в Школе — считай, под крылышком у директора, — а в самой Бездне.
— Так что брать быка за рога придется сразу, — поежилась Саша. И, привычно-грустно улыбнувшись, добавила: — Вот бы еще живого быка увидеть!..
Потому что в Пограничье ни быков, ни даже кошек не водилось. А уж о всяких тиграх-слонах-носорогах и мечтать не приходилось! Тараканы вот встречались, это да. Но редко. Их, черных да усатых, некоторые держали за домашних питомцев.
Тараканами Саша брезговала.
— Уж лучше на картинки смотреть, — вздохнула девушка. — Там и зверюшки, и реки, и озера. Моря опять же…
А еще живописные деревеньки и впечатляющие размахом да масштабом мегаполисы. Учитель, читая лекцию о мегаполисах, говорил, что такие города — настоящие ловушки в случае отключения электроэнергии или каких других аварий.
«Случись что, — пояснял он, — и те, кому не посчастливится выбраться из города, умрут от жажды и болезней, вызванных эпидемиями в условиях неизбежной антисанитарии».
Пограничью такие катастрофы из-за перенаселенности не грозили, тут всего-то было пятнадцать домов. Вот только, если в Пограничье придет серьезная беда, то уж точно придет конец — и ему, и земным мегаполисам, и, скорее всего, земным деревенькам. И только тараканы, по словам учителя, выживут и расплодятся. После того как все остальное превратится в пепел…
— Но я не буду об этом думать! — Саша тряхнула головой, прогоняя апокалиптические видения.
