Очень вовремя Тэлли вспомнила о том месте, где они разбирали рельсы, чтобы потом доставлять металл в Дым. Она накренила доску назад, и на несколько мгновений у нее захватило дух от ощущения свободного падения. Но она благополучно преодолела разрыв в рельсах, перелетев через него по высокой дуге. Магнитный механизм снова нашел металл, и через тридцать секунд Тэлли резко затормозила в том месте, где колея обрывалась окончательно.
Тэлли спрыгнула со скайборда, развернула его и подтолкнула в сторону реки. В отсутствие магнитных напульсников, к которым могло бы притянуть скайборд, он полетит по прямой над рельсами до места разрыва, а там упадет на землю.
Оставалось надеяться, что чрезвычайники решат, что она свалилась с летательной доски, и будут искать ее где-то там.
Тэлли быстро взобралась по валунам и протиснулась в темноту пещеры. Она продвинулась внутрь так далеко, как только смогла, надеясь, что под тоннами камня сумеет-таки скрыться от преследователей. Когда крошечное окошечко света на входе в пещеру уменьшилось до размеров человеческого глаза, Тэлли, тяжело дыша, уселась на камень. Дрожали от напряжения уставшие руки. «Я сделала это, сделала!» – вновь и вновь мысленно повторяла Тэлли.
Но ради чего она это сделала? Ни обуви, ни скайборда, ни друзей, ни даже фильтра для воды, ни пакетика «СпагБола». Ни дома, в который хотелось бы вернуться.
Тэлли осталась совсем одна.
– Мне конец, – проговорила она вслух. И вдруг из мрака донесся голос:
– Тэлли? Это ты?!
В темноте кто-то обнял Тэлли.
– Тебе удалось!
Это был Дэвид.
К собственному удивлению, Тэлли не могла выговорить ни слова, но она прижалась лицом к груди Дэвида и крепко обняла его.
– Кто еще с тобой?
Тэлли покачала головой.
– О… – прошептал Дэвид и крепче обнял ее, потому что своды пещеры сотряслись.
Над их головами медленно прокатился рев аэромобиля, и Тэлли представила себе, как машины чрезвычайников обшаривают каждую расселину среди камней в поисках своей жертвы.
Неужели она привела их к Дэвиду? Просто блеск. Последнее предательство.
Снова послышался приглушенный рокот моторов, и Дэвид увел Тэлли дальше в глубь туннеля по длинной извилистой тропе. С каждым шагом становилось все холоднее и темнее. Безмолвие, неподвижность, сырость и холод окружали их. Воображение Тэлли опять нарисовало среди камней вагоны, наполненные скелетами ржавников.
Потом они ждали во тьме какое-то время – Тэлли казалось, что прошло несколько часов, – сидели, прижавшись друг к другу, и даже говорить не осмеливались еще долго после того, как шум моторов стих вдалеке.
Наконец Дэвид прошептал:
– Что творится в Дыме?
– Сегодня утром туда нагрянули чрезвычайники.
– Я знаю. Видел. – Он еще ближе притянул к себе Тэлли. – Я не смог уснуть, поэтому взял скайборд и улетел к вершине горы, чтобы встретить рассвет. Они промчались прямо надо мной. Двадцать аэромобилей одновременно перевалили за хребет. А теперь что там творится?
– Всех собрали в кроличьем загоне и разделили на группы. Крой сказал, что они хотят развезти всех по городам.
– Крой? Кого еще ты видела?
– Шэй и еще пару ее друзей. Возможно, Боссу удалось бежать. Мы с ним вместе пытались прорваться.
– А мои родители?
– Не знаю.
Тэлли очень радовалась тому, что в туннеле темно. Ей так больно было слышать, с каким страхом Дэвид задал этот вопрос. Его родители основали Дым, они знали о тайне, стоящей за операцией. Какое бы наказание ни ожидало остальных дымников, им бы досталась кара в сто раз страшнее.
– Не могу поверить, что это все-таки случилось, – тихо проговорил Дэвид.
Тэлли хотелось чем-то утешить его. А у нее перед глазами стояла издевательская усмешка доктора Кейбл.
– Как тебе удалось улизнуть? – спросил Дэвид.
Она взяла его за руки и прижала его пальцы к своим запястьям, где остались браслеты пластиковых наручников.
– Я перерезала цепочку, забралась на крышу и стащила скайборд Кроя.
– Под надзором чрезвычайников?
Тэлли прикусила губу и промолчала.
– Это поразительно. Мама говорит, что они – сверхлюди. Во время второй операции им укрепляют мышцы и вживляют прочнейшую нервную систему. И вид у них такой пугающий, что очень многие цепенеют, стоит им только увидеть чрезвычайника. – Он крепко обнял Тэлли. – Но зря я сомневался в том, что тебе удастся убежать.
Тэлли закрыла глаза – а могла бы и не закрывать, все равно было темно. «Если бы только мы могли остаться тут навсегда, – в отчаянии думала она, – не возвращаться назад, не видеть ничего, что осталось снаружи!»
– Мне просто повезло.
Тэлли удивилась тому, что снова солгала. А ведь если бы она сразу рассказала всю правду о себе, дымники придумали бы, как поступить с медальоном. Они бы прицепили его к лапке какой-нибудь перелетной птицы, и доктор Кейбл отправилась бы искать Дым в Южную Америку, а не восседала бы в библиотеке, любуясь тем, как поселение беглецов превращается в руины.
