По телу подруги прошла огненная дрожь и вырвалась наружу через ладони. Как на ней не оплавился наряд, – ума не приложу. Расставив в стороны руки, над которыми уже бушевало пламя, Женька медленно повернулась в сторону, откуда прилетел «снаряд». Охранники инстинктивно отскочили в разные стороны. И открыли взору ведьмы, да и моему, маленького напуганного мальчика. Видимо малыш бежал за мячиком, который отлетев от Женькиной головы, отрикошетил от ближайшего дерева и прикатился к моим ногам. Заглянув в лицо подруги, я увидела безумный полыхающий взгляд, и быстро оценила обстановку. В один прыжок оказавших перед ребенком, я закрыла его своим телом. И осторожно позвала:
– Же-ня! Жень! Возьми себя в руки! – никакой реакции. Я повысила голос:
– Соберись немедленно! Здесь дети! Ну же!!! Женька!
Подруга едва заметно вздрогнула. Огонь на ладонях заколыхался. Значит услышала.
– Медленно вдыхай полной грудью, и так же медленно выдыхай! Давай: вдох – выдох! Еще! Вдох – выдох! Умница! Продолжай в том же духе!
Пламя в глазах Женьки угасло. Но на руках, по-прежнему, бушевало. Но ведьмочка настойчиво пыталась с ним совладать. И постепенно огонь стал затихать. Пока совсем не исчез.
Я повернулась к малышу, притянула его к себе и похлопала по спинке:
– Тётя пошутила. Она просто хотела тебе показать фокус. Волшебство. Правда было красиво? – я заглянула в глаза ребенку. Он кивнул:
– Только цютоцку стласно.
– Но ты молодец! Даже не убежал! Смелый мальчик! – я подняла мяч и всунула в руки мальчонке. Ободренный моими словами, он вприпрыжку поскакал к остальным детям. Со стороны одного из домов к нему уже бежала перепуганная женщина.
Я же пошла успокаивать еще одного ребенка – свою ведьмочку, которая уже осознала то, что только что чуть не натворила. Я обняла ее за плечи, и повела в сторону моря – нужно было закрепить результат – окончательно привести в чувство. По дороге у нас потерялся один из охранников. Куда он исчез, стало ясно, когда на берег примчались взволнованные Тирен и Варниэль. Мы с Женькой к тому моменту уже походили по воде, и сидели на песке. Ведьмочка никак не могла прийти в себя. Стихия ее уже успокоилась, но вот чувство вины, наоборот, усиливалось. Тирен перенял у меня эстафету, присев по другую сторону от Женьки и приобняв ее за плечи. Он принялся что-то ей нашептывать на ухо, периодически не забывая целовать в висок. И наш Огонек начала оживать. Она теснее прижалась к драконопринцу, покопошилась, устраиваясь поуютнее, положила голову ему на плечо, и глубоко вздохнув, уставилась на водную гладь. Варн, пристроившийся около меня, тихо предложил:
– Пойдем отсюда. Пусть они побудут вдвоем. Связь пары лечит лучше всякого лекарства.
Я удивленного на него посмотрела, но начала подниматься. Ловко вскочивший эльф, помог мне встать и привести себя в порядок – я вся была в песке и, как оказалось, в мелких веточках, запутавшихся в волосах. Видимо нацепляла, пока шли по лесу, не разбирая дороги.
Мы направились в сторону леса.
– А ты откуда знаешь такие подробности про связь пары? – поинтересовалась я у принца, неспешно идя рядом с ним по широкой лесной дорожке.
Варн улыбнулся:
– Хорошо учился в академии.
– А у эльфов такая связь тоже есть?
– Нет. У эльфов пары формируются проще, так же, как и у людей – по любви, и взаимной симпатии. Ну или – по договору родителей, – вздохнул он – если ты из знатного рода.
– Так значит у тебя должен быть договорной брак?
– Да, должен был быть, – с упором на слово «был» проговорил эльф. И я поняла, что за этой фразой кроется какая-то невеселая история.
– Расскажешь?
Варниэль на мгновенье задумался, а потом, взъерошил волосы на голове, сощурившись, и забавно дернув носом, как будто решил: «а, была, не была», начал говорить:
– Нас обручили, когда мы были еще детьми. Лианелла была дочерью советника моего отца. Мы вместе росли, вместе взрослели, и, когда пришла юношеская пора, вместе влюбились. Только вот я – в нее, а она в оборотня. Мы тогда уже учились в Королевской академии, и он был ее однокурсником. – Эльф надолго замолчал. Видимо нахлынули воспоминания. Немного выждав, решила отвлечь:
– Но у вас же запрещены смешанные браки?
– Вот как раз после того, как она сбежала в королевство оборотней, их и запретили. Официально. Раньше такие браки тоже не приветствовали, но рядовые эльфы могли себе позволить связать жизнь с кем-то из другой расы. Но не мы.
– Так этот запрет, получается, совсем свежий.
– Да. Десять лет в этом году.
Ого, он даже время отсчитывает с тех пор. Значит серьезно был влюблен.
Так! Это сколько же тогда Варну лет, если десять лет назад он уже учился в академии? Я задала это вопрос вслух.
– Мне тридцать три.
– Ни за что бы тебе столько не дала! От силы двадцать – двадцать два.
Он улыбнулся:
