— Я уже говорила вам, у меня нет намерения выходить замуж.
— Действительно. Вы желаете приключений.
— И повидать жизнь.
— Разумеется, — в иных обстоятельствах он нашел бы такое заявление достаточно привлекательным и достойным более подробного изучения. Но как человека, ответственного за благополучие Марианны и ее сестер, его ни в малейшей степени не устроило бы участие в подобном.
— Однако, я много размышляла о вашем плане подыскать нам мужей.
— Размышляли, — озабоченно отметил Томас.
— Разумеется. — Кивнула Марианна.
— И? — он не был уверен, что хочет услышать ответ.
— Я осознаю, что приключения весьма ограничены для женщины в моем положении. У меня нет собственного состояния, по крайней мере, на данный момент, поэтому я, опять–таки, в настоящий момент, заперта в городе, где самым захватывающим событием может стать только оплошность на балу. Полагаю, это неплохой повод для маленького скандала, но вряд ли сойдет за настоящее приключение. Вы согласны?
— Ну, я…
— Совершенно верно. — Марианна решительно кивнула. — В конце концов, я думаю, вряд ли имеется большая вероятность сбежать с пиратом прямо с бала у герцогини, или с бандой бедуинов из Олмакс, или с африканскими каннибалами из Воксхолла…
— Кто знает, — пробормотал маркиз.
— …следовательно, поскольку мне не стоит надеяться на приключения любой степени важности, я лучше сосредоточусь на том, чтобы набраться житейского опыта.
Еще одно возмутительное заявление. Томас осторожно подбирал слова.
— И какое же отношение это имеет к моему плану?
— Ну, Томас, это же очевидно, — она с любопытством уставилась на него, словно не могла поверить, что он не понимает о чём, чёрт возьми, она толкует. — Я, безусловно, собираюсь с вами сотрудничать.
— Неужели?
— Разумеется, — девушка кивнула. — Я с радостью поприветствую любое новое знакомство. Буду хлопать ресницами, прикрываться веером или вытворять нечто подобное, и строить глазки каждому потенциальному жениху, который мне попадется. Я буду прилагать усилия, чтобы быть очаровательной и остроумной, такой, какой ожидают от меня мужчины. Буду смотреть на кандидатов, словно они для меня и солнце и луна.
Хелмсли недоверчиво фыркнул и сузил глаза.
— Зачем?
— Боже мой, да чтобы привлечь внимание, — Марианна раздраженно вздохнула. — Перспектива приключения слишком мала, а перспектива набраться жизненного опыта бесконечна.
— Что? — мужчина остановился на ходу и бросил на нее сердитый взгляд. Разумеется, она не имела в виду то, что сказала. — Что, скажите на милость, вы под этим подразумеваете?
— Не нужно говорить со мной в подобном тоне. Я, конечно, не намерена швырять свою добродетель первому встречному. — Она на минутку задумалась. — Тем не менее, я считаю, что добродетель слишком переоценивают.
— В самом деле? — голос Томаса прозвучал непривычно хрипло.
— Конечно, я так считаю, — решительно заявила девушка. — Если кто–то планирует вступить в брак, полагаю, это важно, но если подобное желание отсутствует, то вопрос теряет свое значение, разве не так?
— Определенно нет, — ответил он возмущенно, поражаясь иронии происходящего, тому, что именно он, — кто бы мог подумать — настолько обескуражен подобной женской позицией.
Мгновение Марианна изучала Томаса.
— Знаете, для мужчины с репутацией повесы, вы слишком скучный.
— Скучный? — Томас выпрямился и посмотрел на нее свысока. — Будьте уверены, я ни капельки не скучен. На самом деле, я всюду известен, как прекрасный заводила.
— Вы отлично это скрываете, — мягко произнесла она. — За исключением случаев, когда выпивка льётся рекой, разумеется. Представляю, по какой причине вас считают слегка забавным.
— Я не… Мне нет нужды… — Челюсти его сжались, он взял подопечную под локоть и увлек обратно к прогуливающимся. — Мы не можем стоять тут и спорить о моем характере…
— Я не спорила…
— …и мы привлечём излишнее внимание, — проворчал он. — Еще минута, и весь Лондон будет сплетничать о споре…
— Это не больше чем, дискуссия.
— …между маркизом Хелмсли и юной привлекательной леди…
— Привлекательной? — она взглянула на него, ее карие глаза за очками расширились и выглядели поистине заманчивыми. В этот момент он по–настоящему понял, насколько она хороша.
— Да, — Томас глядел на нее сверху вниз. — Привлекательная, черт бы все побрал!
Без сомнения хорошенькая, очень обаятельная и весьма дерзкая.
Она взглянула в сторону шагающих перед ними людей и улыбнулась мягко и очень интимно. Неожиданно он ощутил выходящую за пределы обычной ответственности потребность защищать девушку.
— А теперь, — он прогнал охватившее его чувство, — скажите, что именно вы подразумеваете под
— Я пока не до конца уверена, — Марианна приподняла плечо, как бы пожимая им. — Но собираюсь все выяснить по ходу. Хотя я уверена, что ваш поцелуй стал первым шагом.
— Больше никаких поцелуев, — заявил он лишенным всяческих сантиментов тоном, который шёл в разрез с осознанием того, что он будет не прочь целовать ее снова и снова, пока она не растает в его объятиях.
— Возможно, не с вами.
— Ни с кем.
