Если она сможет удвоить то, что получила к сегодняшнему дню, её средств хватит, чтобы посетить Италию. Если она будет жить экономно, то сможет остаться там, по крайней мере, на несколько месяцев. Потом… Марианна пожала плечами. Ну, неопределенность — суть приключений, не так ли?
Она сложила бумагу, схватила накидку, выглянула из дверей спальни, и, выскользнув из комнаты, спустилась по служебной лестницей, чтобы ни с кем не столкнуться — особенно с Томасом.
«Томас».
Девушка невольно вздохнула. Какой же она была глупой, полагая, что может делить с ним постель и не желать большего? И более того, он действительно предлагал больше. Или, во всяком случае, брак. Его настойчивость была непоколебимой, как и ее отказ.
Было бы так легко согласиться и стать его женой. Но теперь, когда Марианна открыла для себя подлинную суть любви, она не выйдет за мужчину, который её не любит. Она не пойдет по пути своей матери. Больше нечего и говорить.
От черного входа она направилась к углу, где ее должен ждать нанятый ею на это утро экипаж.
Марианна была полна решимости получать удовольствие, проводя время с Томасом. Помогая писать ему стихи и присоединяясь к нему в постели. Споры между ними были таким же удовольствием, как и смех. Это действительно было приключением, хоть и не совсем таким, как она ожидала. И она навсегда запомнит дни, проведенные вместе с ним.
Странное дело — чувство, которое девушка никогда особо не признавала, сейчас, казалось, наполнило каждую её мысль, правило ее жизнью и мечтами.
— К вам пришёл какой–то лорд, — сквозь шум пресса до Томаса донесся грубый голос старика. Пеннингтон не ошибся в описании. Мужчина действительно напоминал гнома. Он стоял в дверном проеме, в нескольких шагах от Томаса. — Говорит, его имя — Хелмсли.
После долгого молчания, гном заворчал и повернулся к Томасу:
— Не стойте тут, входите.
Кабинет был маленьким и в полном беспорядке. Высокий, крепко сбитый мужчина поднялся навстречу Томасу.
— Добрый день, ваше лордство. Я — Эфраим Кадуоллендер. Прошу садиться, — он махнул рукой в сторону одного из двух подозрительных кресел, которые занимали это тесное помещение. — Прошу прощения за беспорядок, — Кадуоллендер пожал плечами и устроился в другом кресле. — Итак, чем могу вам помочь?
Томас примостился на краешке кресла. Голос его был тверд.
— Я хочу, чтобы вы перестали печатать «Абсолютно правдивые приключения провинциальной мисс в Лондоне».
— Неужели? — рассмеялся Кадуоллендер. — Почему я обязан хотеть этого? — он прищурил глаза. — Вернее сказать, зачем вы хотите этого от меня?
Томас глубоко вздохнул.
— Потому что я собираюсь жениться на упомянутой молодой женщине.
— Провинциальной мисс? — Кадуоллендер минуту изучал его. — Значит вы…
— Лорд Б.? Не совсем, разумеется, но он явно списан с моей персоны. — Томас помолчал. — Но вы знали это, не так ли?
— Я веду переписку с «провинциальной мисс». Мне известно, где она живет. Об остальном я догадался. Отрадно сознавать, что я оказался прав. Предпочитаю знать, с кем имею дело.
Томас вспыхнул.
— Вы же понимаете, что «Абсолютно правдивые приключения» не совсем правдивы, верно?
— Я бы удивился, окажись они истинными, — он усмехнулся и устроился в кресле. — Мисс Смит…
— Мисс Смит?
— Она использует это имя. Думаю, оно тоже не настоящее. — Кадуоллендер взял ручку и стал рассеянно постукивать ею по столу. — Эти «приключения», появляясь еженедельно, поддерживают мой тираж. Зачем мне этим рисковать?
— У меня есть предложение для вас, — Томас подождал, пока его слова возымеют действие. — Очень выгодное предложение.
— Продолжайте. Я весь внимание.
— Я навёл справки и узнал, что вы снимаете это здание. Также я узнал, что его можно приобрести за высокую, — но, принимая во внимание обстоятельства, приемлемую — цену. Я предлагаю купить его и продать вам по номинальной стоимости.
Кадуоллендер покачал головой.
— Боюсь, в настоящий момент даже на льготную цену у меня нет средств…
