– Кто-нибудь из вас должен выучить итальянский язык, – не выдержал он однажды. – От этого зависит ваш бизнес, а вы даже не чешетесь.
– Может быть, девочки? – вслух подумал Гас, но этого не случилось.
Однажды в их гостинице остановился итальянский бизнесмен Гаральди с женой и двумя сыновьями. Глава семьи днями напролет пропадал в Ирландской торговой палате, его супруга бегала по магазинам, щупая мягкий ирландский твид и прицениваясь к драгоценностям, а мальчики-подростки изнывали от скуки. Лэдди предложил им отправиться в бильярдную. Не в тот бильярдный зал, где посетители курили, пили и играли на деньги, а в Католический клуб для мальчиков, где все было очень чинно. И это спасло мальчикам каникулы в Дублине.
Паоло написал на листе бумаги: «Tavola da biliardo, sala da biliardo, stecca da biliardo». А мальчики потом заучили эти выражения по-английски: «бильярдный стол», «бильярдный зал», «бильярдный кий».
Гаральди были люди состоятельные. Насколько удалось понять Лэдди, они жили в Риме. Перед отъездом итальянцы сфотографировались вместе с ним на память возле гостиницы, а затем сели в такси и отправились в аэропорт. Лэдди посмотрел под ноги и увидел лежащую на дорожке пачку денег – ирландские банкноты, свернутые в тугую трубочку и стянутые резинкой. Он поднял глаза, но машина уже скрылась за поворотом. Итальянцы хватятся пропажи не раньше, чем приедут домой, да и то вряд ли вспомнят, где выронили деньги. Но ведь они – богатые люди. Каждый раз, оказываясь на Графтон-стрит, дамочка спускала в магазинах целое состояние. Эти деньги для них ничего не значат. Они им просто не нужны.
А вот Гас и Мэгги нуждаются буквально во всем, например в красивых подставках для меню, поскольку старые было уже стыдно выставлять на столы, настолько они потерлись и заржавели. А еще нужна новая вывеска.
Эти мысли одолевали Лэдди минут пять, а затем он вздохнул, сел на автобус и поехал в аэропорт, чтобы вернуть бывшим постояльцам потерянные деньги. Он нашел их у стойки оформления багажа. Они пересчитывали свои многочисленные чемоданы из дорогой мягкой кожи. На миг его вновь охватили сомнения, но Лэдди преодолел их и помахал итальянцам своей большущей, что та лопата, ладонью.
Итальянцы были потрясены. Они обнимали его, кричали во все горло и призывали окружающих в свидетели того, насколько бескорыстны, порядочны и благородны жители прекрасной Ирландии. Несколько банкнот были отделены от общей пачки и перекочевали в карман Лэдди, но это уже было не важно.
– Può venire alia casa. La casa a Roma, – умоляли его итальянцы.
– Они приглашают вас к себе. Просят погостить у них в Риме, – перевели ему люди, стоявшие в очереди. Им было приятно услышать столько добрых слов в адрес соотечественника.
– Я понял, – сказал Лэдди. Глаза его сияли. – Я обязательно приеду. Много лет назад гадалка предсказала мне путешествие.
Лэдди сиял. Итальянцы снова расцеловали его, он сел в автобус и поехал обратно. Ему не терпелось поделиться хорошими новостями с родными.
Ночью Гас и Мэгги обсуждали услышанное.
– Может, через несколько дней он забудет обо всем этом? – предположил Гас.
– Зачем только им понадобилось приглашать его в гости! – сокрушалась Мэгги. – Дали бы на чай, и дело с концом.
Они знали, что Лэдди воспринял приглашение совершенно серьезно и теперь будет с нетерпением готовиться к путешествию, а если оно не состоится, сердце его будет разбито.
– Мне нужно получить паспорт, – сказал им Лэдди на следующий день.
– А может, для начала тебе стоит выучить итальянский язык? – вдруг осенило Мэгги. Если отложить эту заморскую экспедицию, то, возможно, потом им удастся убедить Лэдди в том, что все это ему попросту приснилось.
Оказавшись в бильярдной, Лэдди стал расспрашивать всех знакомых, где учат итальянскому языку. Знакомый водитель грузовика Джимми Салливан рассказал ему, что есть одна потрясающая тетка по имени Синьора, которая снимает у него комнату и вскоре открывает вечерние курсы итальянского при школе Маунтинвью.
Вечером Лэдди поехал в Маунтинвью и записался на курсы.
– Я, вообще-то, не очень образованный. Как вы думаете, получится у меня выучить итальянский язык? – спросил он женщину, которую звали Синьора и которой он вручил плату за обучение.
– О, об этом не тревожьтесь. Если вы действительно хотите выучить язык, сами не заметите, как начнете на нем говорить, – успокоила его женщина.
Вечером Лэдди умоляющим тоном говорил Гасу и Мэгги:
– Я буду отсутствовать только два раза в неделю и всего по два часа: во вторник и в четверг.
– Господи, да ты как будто прощения просишь! Сколько тебе понадобится времени, столько и трать. Ты и без того работаешь не разгибаясь.
– Вы были правы, когда сказали, что сначала мне нужно выучить язык, а то приехал бы я в Рим дурак дураком! Синьора обещает, что я оглянуться не успею, как уже буду говорить по-итальянски.
Мэгги закрыла глаза. Ей было страшно представить себе, на какие мучения она обрекла бедного Лэдди, который теперь по ее милости будет вынужден корпеть над учебниками.
