Тушеный кролик
Разрежьте кролика или зайца. Приготовьте маринад из 3/ 4л сухого белого вина, 3 столовых ложек уксуса, 2 столовых ложек оливкового масла, 1 лаврового листа, пучка свежего тимьяна, большой нарезанной луковицы, 2 нарезанных зубчиков чеснока, пучка зеленой петрушки, небольшого пучка сельдерея, средней нарезанной морковки, немного можжевеловых ягод, перца горошком и гвоздики. Пусть постоит 24 часа, потом обжарить кролика в 1/ 2чашки оливкового масла до золотистой корочки. Процедить маринад и вылить в кастрюлю с кроликом. Добавить чашку мясного бульона, чашку свежего томатного сока и чайную ложку томатной пасты, 1/ 2чайной ложки сахара, немного перца горошком и можжевеловых ягод, 2 гвоздики, 1 лавровый лист и соли по вкусу.
Тушить в течение часа. Добавить 1/ 2 кг тщательно очищенных, небольших, идеально круглых луковиц, предварительно их обжарив. Тушить еще 1 час.
Из-за звонка Димитриса несчастный Дамоклес был как в аду. Суть не в том, что он разочаровался в «добродетелях» Наны. Ему было отлично известно, что она завладела вражеской территорией, однако он никак не ожидал, что подтверждение ее грехов придет к нему в виде откровенных признаний самодовольного соперника. До чего же унизительно. До чего отвратительно. «Голая Нана на диване…» Это же coup de grace [11]. Каждое слово молотком билось у него в висках, ножом для льда пронзало его сердце.
И тут вся ненависть, которую Дамоклес испытывал по отношению к мужу Наны, черным облаком переместилась на Димитриса и остановилась на нем. Дамоклес даже почувствовал родственную симпатию к мужу Наны. Оба принадлежали к клубу мучеников, страдающих слуг Эроса. Дамоклесу даже пришла в голову мысль заключить с беднягой тайный союз. Что, если послать ему анонимное письмо и открыть глаза на связь его жены с Димитрисом? К счастью, Дамоклесу хватило здравого смысла не разоблачать неверную жену, ласками которой он сам наслаждался до недавнего времени, ни с кем их не деля, — во всяком случае, ему хотелось в это верить. Опомнившись, он подумал, что нелепо и унизительно учить Нану моральным ценностям, если он сам накануне с восторгом наслаждался ее безнравственностью.
Всю мучительную ночь в нем сражались ревность и вожделение, пока ревность, как всегда, не победила и не овладела бесконтрольно душой Дамоклеса.
Отказавшись от свидания с мужем Наны, Дамоклес направил свои мысли в другую, более опасную сторону, придумывая один способ ужаснее другого, как разделаться с соперником, — не исключая даже ручные гранаты. Одну он мог бы достать у генерала, своего школьного друга. Однако генерал не подавал о себе вестей уже лет десять, так что отыскать его было бы потруднее, чем добыть гранату. Кстати, ею еще надо уметь пользоваться. Дамоклесу пришлось бы сначала поучиться, как бросать ее, чтобы не причинить вреда себе, как правильно вытаскивать чеку и рассчитывать время. Это он должен знать — иначе, убив или ранив соперника, он и сам мог бы остаться без руки или ноги.
Пожар? Почему бы не поджечь квартиру Димитриса? Нет! Любая случайность — и его собственная квартира сгорит тоже.
Нож? Правильно. Но вряд ли Дамоклеса можно было бы назвать бесстрашным убийцей, так что смерть Димитриса ничем не гарантирована. Зато если соперник покажет «рану любви», то будет наслаждаться божественными ласками Наны на больничной койке. Ужаснее этого ничего не придумаешь. Ведь Нана может полностью и окончательно влюбиться в Димитриса и сосредоточить на нем все свое внимание благодаря его мученичеству. И тогда Дамоклес останется ни с чем.
Может быть, яд? Что ж, это довольно просто, не требует особой подготовки и особых условий. Кстати, сам Димитрис предоставил ему отличную возможность, пригласив доесть тушеного кролика. Отличная мысль.