«Тишина школьного коридора дарит какое-то странное успокоение», – подумала Рита, опираясь на подоконник. Шел последний урок – физкультура, от которого у Зуевой теперь было законное освобождение. Она уже подготовила листочки для жеребьевки: в жестяной банке из-под чая, которую Рите дали в столовой, лежали девяносто ровных тетрадных листочков. Оставалось только дождаться всех остальных одиннадцатиклассников и вытянуть имя своего «подопечного».
Когда Егор объявил, что подготовкой к жеребьевке будет заниматься именно Рита, он встретил некоторое возмущение со стороны других девочек. Зуева уже готова была передать возложенную на нее миссию кому-нибудь другому, но Соколов был непреклонен:
– Жеребьевка должна быть честной, девочки, – сказал он. – Без обид.
После этих слов одиннадцатиклассницы вдруг умолкли, подтвердив этим опасения Егора. Он, что-то неодобрительно хмыкнув по этому поводу, пообещал Рите принести ей полный список всех учителей после урока. Соколов сдержал обещание, и теперь Зуевой оставалось только ждать конца седьмого урока.
Библиотека почему-то не работала, свободных и незапертых кабинетов, как обычно, не было, поэтому Рита туда-сюда ходила по коридору второго этажа, периодически останавливаясь у какого-нибудь окна. Сесть на подоконник не позволяло воспитание, скамеек здесь никогда не было, поэтому девушке приходилось стоять.
До конца урока еще оставалось добрых двадцать минут. Достав из сумки учебник по физике, который она всегда носила с собой, Рита стала перечитывать уже почти выученный ею наизусть параграф о законе электролиза. Сквозь пелену научного текста в мысли Риты то и дело врывался образ Игоря Сергеевича, поэтому, услышав его голос, она не сразу поняла, что это было на самом деле.
– Отрадно видеть, что ты не проводишь время впустую, – похвалил девушку учитель.
Рита, оторвав взгляд от учебника, несмело взглянула на него. Игорь Сергеевич выглядел необычно – небрежно уложенные волосы, темно-синие джинсы и белая рубашка делали его совсем молодым. Учитель улыбался, серый клетчатый пиджак был перекинут через его руку.
– Здравствуйте, Игорь Сергеевич, – поздоровалась Рита. – Не ожидала встретить вас в школе.
Игорь Сергеевич развел руками, широко улыбаясь.
– Даже в методический день иногда приходится ходить на работу, – объяснил он. – Почему ты не на уроке?
– У нашего класса сейчас физкультура, – ответила Рита, – а у меня освобождение.
Учитель бросил взгляд на ее ноги. Сегодня Рита была в брюках, которые отлично скрывали повязку на ее колене, и Игорь Сергеевич вдруг подумал о том, что платья Зуевой идут больше. Девушка почему-то покраснела, словно прочитала его мысли.
– Если ты хочешь, можешь пойти со мной, – предложил Игорь Сергеевич. – До звонка еще есть пятнадцать минут, не в коридоре же стоять!
Рита еле различимо кивнула и закрыла учебник. Игорь Сергеевич, бросив вопросительный взгляд на черную обложку, поинтересовался, направляясь к своему кабинету:
– Какую тему повторяешь?
– Закон электролиза. – На один шаг учителя Рите приходилось делать два, и со стороны это выглядело так, будто бы Игорь Сергеевич скрывался от назойливой ученицы, а она пыталась его догнать. – Чем ближе экзамен, тем страшнее мне становится.
Это признание, случайно брошенное уже у самых дверей кабинета физики, остановило учителя. Теперь он смотрел на Риту с искренним удивлением, огоньки которого плясали в его сапфировых глазах. Девушка, вперившись взглядом в учебник, думала о том, как на удивление просто далось ей это признание, ведь даже наедине с собою она запрещала думать об этом. Но иногда уверенность в собственных силах сменялась ужасом предстоящего поражения, и в такие моменты Рита начинала думать о правильности своего выбора.
– Почему ты боишься? – спросил Игорь Сергеевич, поборов удивление. Вставив ключ в замочную скважину, он открыл дверь, и галантно пропустив девушку вперед, снова запер ее, на сей раз изнутри. – Иначе работать будет невозможно, – объяснил он, поймав встревоженный взгляд голубых Ритиных глаз. – Ну, так что?
Она села за свою парту – вторую в первом ряду и, положив руки на столешницу, ответила:
– Вдруг, я все забуду? Ошибусь в расчетах, перепутаю формулы, испорчу бланк…
Рита тараторила несколько минут и все это время смотрела на свои руки, в то время как Игорь Сергеевич смотрел на нее. Многословность никогда не была присуща этой ученице, наоборот, в большинстве случаев Зуева всегда отмалчивалась. На уроках она отвечала только, когда ее спрашивали, она не позволяла себе лишних комментариев, и учитель всего лишь пару раз видел, что Рита разговаривала с одноклассниками. А сейчас она сказала так много, и ее сбивчивая речь открывала ее с какой-то новой для Игоря Сергеевича стороны.
Когда все слова закончились, Рита взглянула ему в глаза, тут же густо покраснев. Запал прошел, и перед учителем снова сидела молчаливая и постоянно смущающаяся отличница. Но теперь Игорь Сергеевич знал, что Рита может говорить по-другому. А еще он понял, что ей было действительно страшно.
– Ты так сильно боишься завалить физику?
