Студенты лениво растянулись на зеленой траве. Учебный год уже подходил к концу, экзамены были почти сданы и ребята расслаблялись. А я невольно вспомнила свой первый год работы здесь. Было сложно настроить студентов, привыкших постоянно расслабляться и получать зачеты просто “за присутствие”, на рабочий лад. Ох сколько же я подростковых бунтов я выдержала! Сколько слез пролила из-за чувства вины. Ведь я сама еще недавно была на их месте. И как же сильно мне хотелось уступить им, дать поблажку, но я сдержалась. К концу первого семестра я получила первые результаты – ребята наконец поняли, что учить все же нужно. И намного реже я стала слышать выражения – пусть и тихим шепотом – в свой адрес типа “нам эта история/этика в жизни не понадобятся”.
Я завернула за угол и направилась к западному крылу университета. На самом деле это здание никак не было соединено с основным, просто так принято было его называть. Арочную дверь украшал вьющийся плющ. И это придавало зданию какой-то особенно уютный вид. Я люблю западное крыло за его неповторимый шарм – кирпичная кладка в готическом стиле, арочные двери и окна. Именно здесь мне хотелось творить, поэтому после занятий я часто задерживалась в одной из аудиторий, чтобы подготовиться к лекции или порисовать.
Я никому не показывала свои рисунки. Это для меня просто за гранью реальности. Потому что любое искусство своего рода откровение. А я не очень люблю, когда кто-то лезет ко мне в душу. Я себя чувствую в этот момент как будто голой и беззащитной.
Когда я училась в университете, у меня было много поклонников. Но до серьезных отношений как-то не доходило. И всего лишь один раз я позволила себе по-настоящему сблизиться с человеком, показать себя настоящую и насладиться чужими прикосновениями. И это была самая большая моя ошибка. С тех пор я и решила, что отношения просто не для меня. Они нужны людям, которые по-другому не смогли реализоваться. Себе же я пророчила блестящую карьеру, даже после неудачи в Лондоне.
Звонко цокая каблуками по камню, я направилась к аудитории. Идти было трудно и я подозревала, что со стороны выгляжу просто смешно. Обычно я не надеваю неудобные туфли – в одежде и обуви мне важен не только внешний вид, но и комфорт. Но сегодня мой последний экзамен в этом семестре. И мне хотелось выглядеть как-то по-особенному. По крайней мере так я врала самой себе. Потому что мне стыдно было признать, что я решила нарядиться не для себя. Да-да, мои мысли о карьере и самореализации были лишь пустой бравадой.
В аудитории уже ждали студенты. Они всегда приходят заранее, чтобы выбрать себе выгодное место. Хоть и прекрасно знают, что списать я им все равно не дам.
– Мисс Грант! – лепеча и широко улыбаясь ко мне подлетела Диана. – Вы сегодня чудесно выглядите!
– Ох, чего не сделаешь, чтобы сдать экзамен, да? – попыталась отшутиться я. На самом же деле я просто не умею принимать комплименты, постоянно ищу в них подвох. Но студенты о моих заморочках знать не должны. А потому я постоянно все свожу к шутке.
– Не-е-ет, ну как вы такое могли подумать? – Диана рассмеялась.
Мне нравилась эта студентка. Ответственная и веселая, почти как и я сама.
Диана поправила свои длинные пшеничные волосы. Она не была красивой – бледные брови и ресницы, проблемная кожа и длинный орлиный нос – но все это терялось на фоне ее лучезарной улыбки.
– Нет, я серьезно. У вас туфли просто блеск! – девчонки-студентки постоянно пытались обсудить со мной одежду и парней. В этом году, когда я уже зарекомендовала себя требовательным преподавателем, я дала послабление в своих отношениях со студентами. Они все также ответственно готовились к моим занятиям, ну а на переменах любили поболтать на отвлеченные темы.
И мне тоже это нравилось. В моей жизни в последнее время было мало красок и эмоций – одна лишь работа, ну и занятия танцами на выходных – поэтому я была рада послушать, что хотя бы кто-то не попал в бесконечный день сурка.
– Мисс Грант, а экзамен будет сложный? – поинтересовалась Диана, она всегда переживала и недооценивала себя, хоть и входила в пятерку лучших моих студентов.
Мне нравилось ее отношение к учебе. А еще больше нравилось ее умение сомещать учебу с развлечениями. Я бы тоже так хотела.
Я наклонилась к ней, будто собиралась выдать какую-то огромную тайну и прошептала:
– Нет, – улыбнулась я. – Как и любой экзамен, если к нему хорошо подготовиться.
– Оо-ох, – протянула Диана и отправилась к своему месту. Она была напугана, но я-то знала, что эта студентка справится с экзаменом. Диана никогда не пропускала мои занятия, всегда готовилась к семинарам, и я точно могу сказать, весь вчерашний вечер и скорее всего ночь она усердно готовилась.
Воздух в кабинете будто погустел, и я уже знала, что это означает. Краем глаза я заметила, что в аудиторию вошел Эллиот Миллер. Только посмотрев на него мое сердце пропустило удар, а потом стало биться с удвоенной силой. Уже два года я твержу себе, что не могу что-то чувствовать к своему студенту. Это непрофессионально и ужасно.
