– Поверни здесь, книжная лавка должна быть чуть дальше на следующей улице. – Настало время перестать мечтать и наслаждаться прогулкой. – Постараемся все время говорить по-французски. Не беспокойся, я буду рядом, если понадоблюсь. Просто расслабься. У тебя все очень хорошо получается, когда ты не думаешь, как сделать правильно. Помни, нам нужна книга Дидро «Племянник Рамо».
На вчерашнем уроке они придумали и отрепетировали сценарий сегодняшних действий в книжном магазине. Конечно, впредь ему не всегда будет удаваться подготовить такой сценарий, но пока что это был неплохой способ помочь ему включиться в живое общение на французском.
Джонатан нашел место у тротуара и остановил коляску, а затем помог ей выйти наружу. Его ладони на мгновение задержались на ее талии, а на лице заиграла энергичная улыбка.
– Allez. Que les jeux commencement[16]. – Он был охвачен тем же возбуждением, что будоражило и ее. Это была настоящая проверка, каких результатов они добились у нее в саду, и они оба поскорее хотели это узнать.
Колокольчик над дверью мелодично звякнул, и они вошли внутрь. Джонатан приветствовал владельца лавки идеальным bonjour и спросил у него о книге Дидро. Владелец тут же отыскал ее на одной из книжных полок. Пока все шло нормально. Они неплохо начали, но пока это свидетельствовало лишь о том, что он запомнил сценарий и в точности ему следовал. И Клэр не собиралась останавливаться на достигнутом. Не всегда же она будет придумывать сценарии, а затем прорабатывать их с ним.
Клэр прошлась вдоль полок с поэзией, вовлекая хозяина лавки в разговор. Теперь они отклонились от сценария, и ей хотелось увидеть, как станет вести себя Джонатан, как быстро он сумеет адаптироваться. Через пару минут колокольчик над дверью снова зазвенел, и хозяин лавки, извинившись, поспешил к новому посетителю. Клэр выбрала несколько небольших томиков и поспешила к столу в задней части лавочки, где посетители могли расположиться и читать выбранные книги.
Она открыла книгу на первой попавшейся странице и протянула ему.
– Прочтешь? Думаю, тебе понравится Машо. Он считается последним великим французским поэтом, который был еще и композитором.
– Le Remède de Fortune[17]. – Он взглянул на нее поверх книги с хитрой улыбкой, по-прежнему говоря только по-французски. – Это какое-то личное послание для меня? – поддразнил он, его французский был непринужденным и певучим, когда он произнес это импровизированное замечание. Он просмотрел книгу, перевернув несколько страниц. – Ах, возможно, твоему кавалеру стоит это прочесть. Героя в нашей истории необходимо научить, как стать хорошим любовником, и тогда он сможет добиться успеха у своей леди. – Джонатан поиграл бровями. – Возможно, я тоже возьму на заметку пару советов. Мужчина всегда может совершенствоваться.
Они слишком громко смеялись, чем привлекли внимание хозяина лавки. И как такое могло произойти, что она сидела в книжной лавке, разговаривая по-французски и смеясь с Джонатаном Лэшли над любовной поэзией? А потребовалось-то совсем немного времени и пара прелестных платьев.
«Но не забывай о невероятной храбрости и помощи твоих подруг. С самого начала ты была против этой затеи. Ты еще несколько дней назад была против», – напомнила Клэр себе.
Это было не так легко, как поменять свою внешность. Первый урок оказался полной катастрофой, и Клэр с ужасом ждала последующих уроков, постоянно ощущая каждое его случайное прикосновение, вздрагивая от звука его голоса. Ей потребовалась вся сила ее воли, чтобы сосредоточиться на уроке. Но сейчас, когда он совершенно забыл о каком-то злополучном поцелуе, они оба чувствовали себя вполне комфортно. И когда это произошло?
– Est ce-que j’ai deux têtes?[18] – Джонатан понизил голос до шепота. – Ты так странно смотришь.
– Пардон. – Клэр улыбнулась и покачала головой. – А ты отвлекаешься. – Она не хотела, чтобы он сейчас потерял самообладание. Пока все шло наилучшим образом. Возможно, она слишком торопила события. Она протянула руку, чтобы забрать у него книгу. – Возможно, лучше будет, если начну я.
Джонатан не сводил глаз с губ Клэр. Он уже привык к этому во время их уроков. У нее были соблазнительные розовые губы, а нижняя губа была немного припухшей. Она словно обещала изысканное удовольствие тому, кто осмелится прильнуть к ней и насладиться поцелуем.
Хотя их поцелуй в саду все-таки был ошибкой. Но он никак не мог заставить себя считать это ошибкой, а лишь чудесной оплошностью. Ученик не имеет права целовать своего учителя. Потому что в основном учителями бывают мужчины. Но еще и потому, что не стоит смешивать дело с удовольствием, потому что легко спутать благодарность за новые знания со страстными эмоциями.
