– Они ее хорошо содержат, водят в рестораны, одевают, содержат ее детей. Для группы обеспеченных мужчин это не затраты. Эти мужчины друг друга хорошо знают, возможно, они родственники, так что делить одну женщину на всех для них не проблема. Это, конечно, отвратительно, но объяснимо. Знаете кавказские обычаи о женах умерших братьев? Там это в порядке вещей. Возможно, им нравится ее неукротимость. Опять же, это своя, проверенная женщина. Не проститутка, не нужно бояться заразы. Но пройдет некоторое время, и это все кончится. Она им надоест. Они могут ее отдать другим группам.
К сожалению, Неле все равно, с кем иметь интимные отношения. Кроме акта, ее ничего не интересует.
Стас ужасно бледен, кажется, будто он сейчас потеряет сознание, поэтому я тороплюсь:
– Мне очень жаль. Но здесь вы ничего не сможете сделать. Нелю нужно лечить, а шансы вылечить ее полностью – ничтожны. Хотя, конечно, болезнь не дошла до пика. – Я сознательно упускаю подробности этого «пика». – Понимаете, Стас, я оцениваю такие болезни не только как врач. Церковь называет это блудным возбешением. И это одержание злым духом и требует причащения и очищения. Но в ваших условиях это невозможно. Брать приступом квартиру вы не будете, и то, что вы можете увидеть, вряд ли понравится вам. Я вижу, что вы уже излечиваетесь от своих страданий. Не нужно их усугублять. Но будьте готовы к тому, что дети будут жить с вами.
Станислав ушел, даже не попрощавшись, в такой прострации он был. К сожалению, я оказалась права. Еще через год болезнь Нели дошла до крайней точки. Что произошло в квартире – неизвестно, но сожители Нели вызвали скорую психиатрическую помощь, и она была госпитализирована. Оглушенная лекарствами, Неля не узнавала никого из близких очень долго. Стас, увидев ее в больнице, разрыдался. Он понял – будущего у них нет.
Сейчас он живет один с двумя сыновьями. Возможно, он скоро женится. Неля бывает месяц у матери, месяц – в больнице. Дети ее иногда навещают. Ужасно то, что мальчики были несколько раз свидетелями оргий. Но, Слава Богу, кроме удивления, это не вызвало никаких других чувств. Мать они жалеют. Но следует ожидать отдаленные последствия этого стресса у детей – и физические, и психологические.
Меня уговаривали, чтобы я свозила Нелю к святым местам. Я не рискнула это сделать. Уж очень высока вероятность кризиса. Стас заставляет ее читать молитвы и неоднократно привозил к ней священника. Но Неля боится всего, что связано с церковью, и спит после этого значительно хуже. Тогда Стас отступается на несколько дней, но вновь собирается с силами и вновь вкладывает Неле в руки молитвослов. А она смотрит на него глазами затравленного зверя и молчит, а потом начинает дико хохотать. Потом все проходит, и вновь она не спит почти всю ночь даже под действием лекарств.
У меня двадцать девять детей. Не верите? Двадцать девять раз я была крестной матерью. Это ответственно и очень трудно. Только двое из моих крестников – дети близких друзей. Остальные – дети пациенток, лечившихся у меня от бесплодия. Хотя часто причиной бездетности бывают мужчины, речь пойдет прежде всего о женском бесплодии.
Бездетность – страшная вещь. Женское бесплодие, длящееся годами и десятилетиями, забирающее все душевные и телесные силы несостоявшейся матери, ее мужа, ее близких – трагедия не столько медицинская, сколько социально-психологическая. А реалии наших дней таковы, что число женщин, способных без особых проблем родить ребенка, год от года становится меньше. Тут много факторов – и экология, и зачастую безграмотная медицинская помощь, и стрессы, и наследственные «пробои».
Но есть и другие причины, лежащие вне обыденного мышления. Всех женщин, проходивших у меня курс лечения по поводу бесплодия, можно поделить на две примерно равные группы. Одна группа объединяет женщин, имеющих вполне физиологически обоснованное бесплодие: сложные, плохо поддающиеся лечению воспалительные процессы, гормональные нарушения, кистозные изменения яичников и т. д. Другая группа, именуемая мною «загадочные женщины», не имеет ярко выраженных патологий, препятствующих зачатию. Но зачатие не происходит. Вроде бы все нормально – и трубы проходимы, и ректальная температура поднимается, и загибы отсутствуют или незначительны, а бывает – якобы и есть проблема, но на зачатие уж точно не влияет, говорят медики. Но загадка: почему-то зачатия не происходит или не вынашивается плод. Конечно, диагноз какой-то этим женщинам выдумывают, но и сам доктор, который выдумывает, понимает – что-то тут не так.
