– То есть, это что, настолько серьезно? – Тамара-старшая, найдя способ увериться в худших подозрениях, уже была готова пуститься на второй круг причитаний и всплескиваний руками. – Это как в прошлый раз? Павел, ведь вы тогда так помогли нам!..
– И сейчас я здесь за этим же, – от мимолетно навязанной ему бухгалтершей роли семейного ангела-хранителя очень хотелось поморщиться, но Павел удержался – это было бы несовместимо со светлым образом. – Тамара Фоминична, в первую очередь вам нужно успокоиться. С вашей дочерью не происходит ничего страшного. Просто она… неудачно устроилась на работу.
– Почему неудачно? – перебила бухгалтерша. – И при чем здесь все-таки вы?
Павел усмехнулся. На оба этих вопроса у него имелся один ответ:
– Потому что Тамара устроилась работать на хорошо известную вам фабрику.
– Как?.. – бухгалтерша на мгновение задохнулась. – Как же так?..
– Скорее всего, случайно. Она же никогда не бывала у нас до этого, просто позвонила по объявлению в Интернете… Но давайте-ка лучше к делу. Что просила передать мне ваша дочь?
Бухгалтерша неожиданно смутилась и даже села на стул.
– Все это очень странно, Павел. Я не знаю, стоит ли обращать внимание на ее слова… Нет, я действительно собиралась звонить вам, потому что все равно больше некому… Да и сама Тома просила… Но то, что она велела вам передать, лишено всякого смысла… Если, разумеется, это не какой-нибудь секретный пароль.
Под конец бухгалтерша все-таки не сдержалась от шпильки. Павел вздохнул и очень терпеливо произнес:
– Тамара Фоминична. Пожалуйста – слово в слово.
– Да, хорошо, конечно… Она просила вас обязательно позвонить по 09.
Бухгалтерша замолчала, ожидая какой-нибудь реакции на свои слова. Павел не удивился. Сегодня он видел слишком много чудес своими глазами, чтобы удивляться тому, что слышат уши.
– И все? – уточнил он. – Тома не сказала: с какого аппарата, в какое время или что мне нужно сказать?
– Нет, – ошарашенно промолвила женщина, она явно ждала другой реакции. – Только просила сделать это побыстрее…
Без лишних слов Павел достал трубку. Под руку попался штатный аппарат Ассамблеи, пускай. Он отчего-то был уверен, что, вопреки логике, названный номер окажется доступным с сотового телефона, а звонок не будет зарегистрирован ни оператором Ассамблеи, ни московскими поставщиками связи.
Две простые цифры, кнопка вызова… Дежурная, без интонаций, скороговорка оператора не заставила себя ждать:
– Справочная-двадцатая-слушаю…
Отлично. И что же дальше? Квест?.. Прямо сейчас Павел должен задать тот единственный вопрос, ответ на который раскроет все тайны мироздания и заодно подскажет, как вызволить неугомонную студентку?
– Минуточку… – проговорила вдруг безликая двадцатая на другом конце линии. – Павел Головин?
– Да… – выдавил он деревянным голосом. – Да, это я…
– Ждите, соединяю…
«Кроят реальность, как хотят…» – говорил недавно шеф. Как же надо было перекроить эту реальность, чтобы московская справочная заработала в качестве коммутатора?.. А еще шеф говорил: «Менталы… мастера иллюзий». Так с кем же сейчас Павел говорит?.. Пожалуй, если в будущем он хочет реже попадаться на уловки «гостей», не следует забывать эти два высказывания.
– Павел, это вы?
Нет, он не питал к студентке никаких нежных чувств, скорее адскую смесь раздражения, сожаления, а с недавних пор еще и чувство долга с легким налетом вины. И все же от звука знакомого голоса рука с аппаратом едва заметно дрогнула.
– Тома, слушай меня. Я буду сейчас задавать вопросы, ты на них прямо не отвечай. Говори намеками. Если не сможешь придумать – говори «нет», я переспрошу по-другому. Поняла меня?
– Да, я поняла. Но это совершенно не нужно, я могу говорить открыто.
Павел осекся, он не сомневался, что разговор контролируется пришельцами.
– Ты одна?
– Нет, мы все здесь… Скажите, пожалуйста, маме, чтобы открыла дверь.
– Тома, – он все же позвал, хотя понял, что слушать его больше некому. – Тома, не отключайся…
Бесполезно, дверной звонок подтвердил окончание диалога.
Мысль об оружии он прогнал сразу – урок, усвоенный в вагоне метро, пошел впрок. Слова действовали на пришельцев из утопии лучше, чем пули или лазерный луч, да и не только на них, впрочем. Вот только где взять те самые правильные слова?
– Откройте, – велел он бухгалтерше. – И не бойтесь ничего, вы-то уж точно в безопасности…
– А у меня же и не заперто, – пролепетала женщина. Она метнулась в коридор, и оттуда сразу же донеслось: – Тома! Девочка моя!..
Ну, это ожидаемо. А дальше?
– Проходи, скорее! Где ты была?! – массивная дверь хлопнула, и Павел снова отсчитал щелкающие замки. Действительно четыре и засов.
– Мама, не надо. А Павел здесь?
– Да здесь, здесь… Где ты была, я спрашиваю?! И что за дурацкие эти ваши пароли?!
– Мама!.. Потом!
Быстрые шаги по направлению к кухне, и вот, наконец, она – героиня сцены…
– Так, – проговорил Павел, поднимаясь. – Где остальные?
Он выглянул в прихожую: зеркало, вешалка, бухгалтерша. И запертая входная дверь. Направо туалет и ванная – никого. Налево комната – пусто. Тома дождалась завершения этого молниеносного обследования и весело пояснила:
