— Твоя хоть слепая была временно, но не тупая, а это большая разница.
— Твоя тоже не тупая. Просто беспамятная и ненавидит тебя.
— Она не моя!
— Смотри, невзначай может стать. Понравится, пока наивная, как ангелок, хрупкая и ничего не помнит.
— Типун тебе на язык! Не становись, как Стив!
— А что, он уже?
— Он эту роль и не бросал!
— Узнаю дока…
Вернулась Шерин, поставила на стол две чашки кофе, установила ровно между ними пузатую бутылку бренди. Улыбнулась на «спасибо» Халка, хотела, было, уйти, но почему-то прикусила губу и задумалась.
— Дэйн…
— Да, милая?
— Я тут слышала часть беседы…
— Ну, не убивать же тебя за это?
Кудрявая девушка улыбнулась шире, но тут же снова смутилась.
— Так она у тебя совсем одна, да?
— Ани? Да, пока одна.
— Я подумала,… может, ей нужна подруга?
Фразы «Ты это думать забудь!» и «Ты мне это брось» прозвучали одновременно. Халк и Дэйн, словно, встрепенувшиеся всклокоченные петухи, сначала посмотрели друг на друга, затем на даму у стола. Первым предупреждающе зарычал Халк:
— Ни ногой к Дэйну, пока она там, ясно?
Кудряшки грустно качнулись.
— Ясно.
Эльконто тут же продолжил:
— Ты знаешь, что случится, если она вдруг очнется? Вспомнит? Она, скорее всего, использует тебя, как заложницу, чтобы заставить меня надеть на себя наручники и приковать к батарее. Затем выпнет тебя из дома…
— В лучшем случае.
— …а после закроет дверь, вернется и перережет мне горло. И если рисковать собой я, идиот, выбрал сам, то тобой не могу точно.
Лицо Халка стало грознее штормовой тучи; Шерин беспомощно промямлила:
— Ну, я только предложила…
— Даже мыслей чтобы таких не было!
— Уже нету!
— Не дай Господь, увижу, попытки с ней сблизиться…
— Не будет, не будет!
И Шерин, показав Халку язык, выскользнула из кабинета.
— Женщины. — Проворчал Эльконто.
— Да, женщины. А эта еще и альтруистка — всех бы спасла.
Они некоторое время молчали, думали каждый о своем; мирно дымился на столе горячий кофе. Затем сенсор спросил:
— Слушай, а она еще не спрашивала тебя о профессии?
Голова с белобрысым ежиком качнулась.
— Спрашивала. Сегодня утром.
— И что ты ей ответил?
— Что я преподаватель боевых искусств.
То был первый раз с момента прихода, когда Конрад громко и открыто рассмеялся.
— Не говори мне ничего, Халк. Я по уши в дерьме, сам знаю. И да, — глядя на трясущиеся плечи друга, подтвердил Дэйн, — я в курсе, что скоро залезу в него еще глубже, так что накапай мне лучше бренди. Супер-друг. Что вы вообще за друзья такие — вечно ржете надо мной? Что ты, что док?
— Скоро над тобой станет ржать весь отряд.
— Это еще почему?
— Потому что однажды она попросит тебя взять ее с собой на работу.
— Да второй типун тебе!
— Вот увидишь.
— Тогда капай мне в два раза больше…
Уже перед уходом он спросил, что же случилось с теми повстанцами.
— Их выловили — всех, кто знал, как активировать сеть — и убили.
— А саму ловушку?
— Ее сняли с производства и перестали выдавать солдатам. Не стали модернизировать датчик. Поэтому ты о ней почти ничего не помнишь.
Дэйн отказался от предложения «подбросить». Ушел пешком, дошел до ближайшего сквера, опустился на лавочку и тяжело протяжно вздохнул.
Это был хороший день, ласковый. Теплый, солнечный, мягкий; покачивалась еще зеленая трава — скоро она пожухнет, потускнеет, приобретет желтоватый оттенок и засохнет, но пока не пришла осень, зелень сочна, полна сил и прекрасна в своей простоте. Ей просто — траве — качайся себе под ветерком, подставляй спинки вытянутых листов, позволяй себя поглаживать. Наслаждайся солнцем, расти, радуйся голубому небу.
Если все было бы так просто у него, у Дэйна.
Он и сам не знал, для чего уходя, взял с собой тот браслет. Тот, что они использовали давно, казалось, годы назад, уходя на странный и пронизанный тоской, а ныне вовсе не существующий Уровень «F». Любая мигающая лампочка на этой прорезиненной ленточке, что он теперь держал в руках, означала, что один из друзей в беде, что срочно нужна помощь. По нему же они вызывали друг друга, сообщали о потерях, убеждались, что все в порядке.[3]
Увидит ли Бернарда сигнал теперь? Почему он просто не наберет ее мобильный? Наверняка, она давно уже закинула эту ленточку в угол, и лампочка будет одиноко гореть, никем не замеченная, пока батарейка не сядет. Может, и хорошо, что не увидит? Может, и не стоит к ней обращаться?
Но если не помог Халк, Ди оставалась единственным вариантом, и Дэйн, покрутив в руках старую игрушку, нажал пальцем на крохотную кнопочку, расположенную в самом низу.
Часом позже они все еще сидели на той же лавочке, но уже вдвоем.
Бернарда — девушка, специализирующаяся на различных областях, в таких, как телепортация или управление энергией материи, — смотрела вдаль — туда, где по узкой тропинке, держась за руки, прогуливались двое. Прогуливались неспешно, без особенной цели и направления, бросали друг на друга неловкие, будто сблизились совсем недавно, взгляды.
Знакомый голос звучал тихо, но Дэйн отчетливо разбирал слова. Теребил выбившиеся из-за уха длинные русые пряди волос ветер:
