Сама Меллистрия, одетая в лёгкий домашний халат, с безмятежным интересом читала какую-то книгу, лёжа на огромной кровати. При моём появлении она сделала закладку и отложила её в сторону.
— Великий король-завоеватель решил оказать честь своей смирённой пленнице и навестить её? — с лёгкой иронией спросила пурпурноглазая королева, взмахнув слегка мокрыми волосами.
Я взял стул и пододвинул его к кровати, усевшись.
— Перейдём сразу к делу. — проигнорировал насмешку я. — Ты выдашь за меня Леану?
— Я боюсь, моей сестре не нравятся мужчины, что готовы устроить войну из-за одного отказа. — с деланным сожалением развела руками королева. — Так что, боюсь, вам придётся поискать себе жену в другом месте, лорд Горд. К тому же, насколько я помню, у вас в окружении есть одна прекрасная герцогиня… Не принцесса, конечно, но тоже неплохо: урона королевской чести не будет.
— Не играй со мной, Меллистрия. — стиснул зубы я, сбрасывая все маски. — Это может плохо закончиться.
Владычица Таллистрии поднялась с кровати и села напротив, смотря мне прямо в глаза, и в этот раз на её лице не было улыбки.
— Хочешь поговорить напрямую? Пожалуйста. — холодно ответила она. — Я не намерена отдавать тебе наше королевство, и тебе нечем на нас надавить. Можешь прилюдно выпороть меня и всех моих гвардейцев, можешь объявить вечное эмбарго, можешь утопить меня в дерьме и провести по улицам города вываляв в перьях: но ни одно унижение не унизит нас больше, чем тебя. Делай что хочешь, но тебе не сломить нашу гордость и не получить Таллистрию.
Я потёр рукой подбородок, сделав вид, что задумался. На деле же… Было трудно удержаться от того, чтобы не расхохотаться. Право слово, неужели это было самое ужасное, что она могла себе представить? Вывалять в дерьме и перьях и прилюдно пустить по улицам, серьёзно?
Эта женщина определённо не представляла себе, на что я способен. Я встал со своего стула, подошёл поближе и впился в её губы жадным, требовательным поцелуем. Первую секунду она просто не поняла, что происходит, а затем резкий толчок в грудь откинул меня назад. А за ним последовала мощная, звонкая пощёчина.
— Разве ты не сказала, чтобы я делал всё что хотел? — иронично приподнял бровь я.
— Моей постели это не касается. — громко фыркнула Меллистрия. — Ты не думаешь, что я буду раздвигать перед тобой ноги только потому, что ты взял мой город? Нет, малыш, это работает совсем не так. Чтобы не говорила людская молва о твоих подвигах, боюсь, ты не привлекаешь меня как любовник. Предпочитаю мужчин, которые не устраивают истерику из-за одного отказа.
Я прямо-таки умилился этой восхитительной наивности. Интересно будет посмотреть на её лицо, когда она узнает, что происходит в городе. На мгновение я задумался, стоит ли насиловать саму королеву. Конечно, красоты Меллистрии было не занимать, однако это может плохо сказаться на дальнейших переговорах. Да и потом, я всё ещё явственно ощущал мощнейшей проклятье, что находилось внутри неё, и не горел желанием засовывать часть своего тела в подобную мясорубку смерти.
Поэтому я просто пожал плечами и покинул покои королевы.
— Никого не впускать и не выпускать. — приказал я рыцарям смерти на выходе. — Ни одна крупица информации о том, что происходит, не должна дойти до неё, пока я не решу иначе.
А вот теперь, пожалуй, можно и поразвлечься. Насвистывая незамысловатую мелодию, я направился на другой конец дворца: в покои принцессы.
Сёстры оказались похожи: Леана встретила меня в схожем халатике зелёных расцветок, читая книгу на кровати. Но, в отличие от Меллистрии, в её глазах не было враждебности и насмешек.
— Прибыли убеждать меня стать вашей женой, Ваше Величество? — вежливо осведомилась она, присаживаясь на кровать.
— Для тебя просто Горд. — сладко улыбнулся я. — А ты намерена отказаться?
— Меллистрия говорит, что лорды Палеотры хотят получить нашу страну через этот брак. — бесхитростно сдала сестру рыжая принцесса, мило зевнув. — Так что, даже если бы ты мне нравился, на это я пойти не могу. Поэтому мой ответ нет. Да и вообще, о чём ты думал, объявляя войну в ответ на невинный девичий отказ? По-твоему, лучший способ завоевать сердце девушки это положить тысячи солдат с обеих сторон в бессмысленной схватке? Раньше ты казался мне более привлекательным кавалером.
— Это твоё последнее слово? — уточнил я.
— Всё течёт, всё меняется… — пожала плечами Леана, вздохнув. — Но наша милая моему сердцу Таллистрия — это единственный оплот женской свободы в мире тотального шовинизма. Я не хочу отдавать его никому, и сомневаюсь, что хоть кто-то в Таллистрии хочет.
Я неторопливо достал из-за пояса верёвку и принялась делать петлю. Леана наблюдала за мной с лёгким непониманием.
— Разумеется, я могу понять ваше стремление к свободе. — неспешно сказал я. — Собственно, я ничего не имею против маленьких женских свобод и секретов. Но главная вещь, которую вы почему-то не понимаете, заключается в другом.
— И в чём же? — непонимающе хлопнула глазами рыжая принцесса.
