Несмотря на отсутствие опознавательных знаков на одежде, я узнал человека. Этериас Инвиктус… Он выглядел не слишком хорошо: явно исхудавший, усталый. Но всё же живой. Впрочем, я и не сомневался, что Таллистрийки его откачают: королевство жизни славилось хорошими целителями.
Сам иерарх ударил какой-то модификацией воздушных лезвий, разрезая сразу несколько десятков зомби на части. Если так подумать, наверное, самый эффективный приём по энергозатратности: уничтожить легионера моей армии, разрезав его на части, пожалуй, будет всё же проще, чем раздробить все кости ударом воды или камни, или сжечь до состояния распада проклятий.
Конечно, удар волшебников Ренегона выглядел отнюдь не так впечатляюще, как всё то, что они демонстрировали мне ранее на поле битвы. На фоне уже произошедшего смотрелось это слабо и вяло. Отряды, способные на подобное, я уже косил десятками. Но свою задачу они выполнили: сотня моих солдат была втоптана в дорожную грязь.
Затем мастера спокойно покинули барбакан, уходя вглубь стен. Задержался лишь сам глава церкви, бросив на меня долгий взгляд.
Мы не сдадимся без боя — вот что я прочитал в нём.
Пусть так. Это будет даже лучше…
Я прошёлся вдоль стен, рассматривая укрепления, но чувство чужого взгляда не покидало меня ни на секунду. Ударил чёрными молниями ещё в нескольких местах, на пробу: но, похоже, неведомый щит закрывал весь город, или, по меньшей мере, все стены целиком.
Всё это создавало немало вопросов, конечно. На чём основана подобная защита? Откуда берёт силу и энергию? Как проломить её: используя точечную атаку или организовав массированный обстрел с множества сторон? Уничтожить ли она нежить, если та подойдёт ближе? Ответ на последний вопрос, похоже, мне явно не собирались демонстрировать раньше первого полноценного штурма.
Спешить было некуда. Даже если тыл Ренегона и его союзные королевства Бингла и Аурелиона смогут собрать армию, чтобы помочь столице, это займёт долгие месяцы, если не годы: они и так выставили большую часть того что могли, и я уничтожил это. Тем более, без лучших мастеров магии любая толпа ополчения будет не более чем мясом для меня и моих учеников.
Я вглядывался в стены, напрягая все чувства в попытках понять, чем является подобная защита. Незнание часто пугает людей: и пусть сейчас, столкнувшись с неизвестным приёмом, я не боялся, здравые опасения были присущи и мне. И чем дольше я разглядывал стены, тем больше нехороших подозрений шевелилось в душе.
Это было почти незаметно, но от стен, в частности, от их подножия, шёл лёгкий, почти неуловимый флёр энергетики жизни. Памятуя своё обучение странника, это напоминало фон растительности: грибы или мох. Он был слегка странный, неравномерный, малозаметный: возможно, из-за толщи камня?
Я скрипнул зубами. Что-то мне подсказывало, что ответственными за эту защиту были мастера жизни и без участия беглых целительниц тут явно не обошлось. Вот только как они это сделали? Вывели какой-то вид растительности, высадив его за стенами, чтобы он генерировал подобное поле? Звучало фантастично, но полноценным мастером жизни я всё же не был, и кто знает, на что способны старухи из круга жизни после столетий практики?
Главным вопросом, впрочем, оставалась энергоёмкость подобной защиты. На сколько ударов её хватит? Я продолжал двигаться вдоль стен, убеждаясь, что слабый фон жизни есть везде, а затем мне в голову пришла безумная мысль…
Что, если они завязали защиту на жителей города? Кордигард — крупнейший город в королевствах, и в него явно приехало много людей помочь в войне. Нынешнее население может достигать миллиона. Если король Ренегона согнал сюда всех мастеров жизни и целителей, и собрал достаточно запасов, возможно, они смогут держать осаду годами: наверняка же может найтись какой-то хитроумный способ привязать жизнь простых горожан к защитными растениями, подобно клятвам жизни. В этом варианте я могу биться об этот рассеивающий щит месяцами, в то время как жители максимум почувствуют лёгкое недомогание, а для того, чтобы пробить её, придётся собрать очень, очень много силы.
Разумеется, я был полон сил после недавней резни. Однако значительная часть силы смерти всё равно рассеялась либо осталась запечатанной в ныне проклятую и разодранную землю плато, где мы сражались. Миллионное население города - это совсем не шутки. Даже всей моей силы может не хватить, чтобы перевесить их суммарные жизненные силы, обращённые в предельно эффективный вид рассеивающей магии. По самым грубым прикидкам, для такого придётся собирать гекатомбу жертв побольше, чем была для ритуала бессмертия: а там на алтарь пришлось пусть целых семнадцать тысяч…
