Он не ошибся в этот раз. Среди армии противника нашлись те, кто готовы был противостоять волне воды. На центральную дорогу вышел высокий, мускулистый серокожий человек высотой больше двух метров.
Этериас прищурился. Какая-то нежить? Напоминает северного варвара по описаниям, да как-то маловат. Однако иерарх быстро отбросил эти мысли: вода продолжала прибывать — за первой волной, что растеклась по городу и снесла лагерь, следовала вторая волна цунами!
Серокожий мужчина был не один: с ним было несколько гигантов повыше, пара людей в мантиях культа смерти. Раздражённо рявкнув что-то, серокожий достал посох, и, с силой крутанул его, ударил о землю. И остановил волну!
Цунами вздыбилось, словно упираясь в невидимую стену! Неизвестный волшебник отрывистым, решительным голосом раздавал команды: вскоре нему стянулись ещё несколько мастеров, и принялись разворачивать воду, пытаясь выдавить волну из города…
В глазах верховного иерарха принялся разгораться белый свет. Солнце едва вышло из-за горизонта… И раскол камня выдался куда тяжелее, чем ожидал. У него не будет шанса на второй удар.
Тем временем группа волшебников под предводительством серокожего взяла под контроль стихию: цунами, окутанное невидимой стеной, что мешала ему поглотить город, медленно выдавливалось за пределы стены, обратно в реку. Третьей волны не последовало и казалось, что вот-вот мастера соединённого королевства возьмут под контроль непокорную стихию…
Ослепительный, пылающий луч солнца ударил с небес, превращая место, где находился серокожий волшебник в выжженное пятно пепла вместе с его товарищами. Откуда-то из глубины города раздался чудовищный, полный злобы и ярости нечеловеческий крик, от которого у Этериас пошли мурашки по коже.
Но задерживаться он не собирался. Глава церкви рыбкой нырнул в воду, и, затаив дыхание, поплыл к водопаду. Сил оставалось немного, но, сцепив зубы, волшебник сумел несколько раз подбросить себя вверх потоками воздуха, цепляясь за скалы, и забраться наверх.
Угрюмый, обессиленный Киллиан держал на руках насквозь мокрую мантию своего наставника.
— Превратился в воду. Полностью. — устало выдохнул юноша, в глубине глаз которого плескалась волшебная синева.
Спустя всего мгновение синева сменилась пламенем адского зарева. Этериас резко обернулся: на месте барбакан, где он был совсем недавно, поднималось гигантское огненное облако.
Волшебник похолодел внутри. Чтобы создать подобной, нужен неплохой ударный отряд. Такой, который они вдвоём, полностью обессиленные, точно не остановят.
— Вот и смерть пришла, да? — хмыкнул Киллиан, протяжно зевая — Боюсь, меня не хватит даже на то чтобы их обрызгать сейчас. Можно я просто посплю немного, а?
Этериас уселся в позу медитации и стал внимательно следить за стеной, ожидая, что мастера красных башен будут подниматься на верх водопада. Может, если сбить их на подъёме… Будет шанс отбиться, пусть и небольшой.
Но вместо этого происходило что-то странное. Следом за барбаканом от огненного тайфуна небывалой вспыхнул целый городской квартал, превращаясь в огромное пожарище! А затем ещё один… И ещё…
Киллиан вытаращил глаза, неверяще глядя на происходящее.
— Они же… Они же просто сжигают город! — воскликнул молодой маг, забывая про усталость и вскакивая. — Мы должны их остановить, мастер Этериас! Это же тысячи людей, я попробую создать новую волну, мне нужно только…
— Мы уходим. — бесстрастно приказал Этериас, превращая лицо в каменную маску.
— Но… Там же люди… — умоляющим тоном произнёс Киллиан.
В глазах главы церкви отразилась новая вспышка огня, накрывающая очередной квартал. Уже больше половины Каэдена пылало. Немногие выберутся из этого города: разлившаяся река окружила его водой, целых лодок не осталось, а внутри стен бушевали настоящие огненные ураганы.
— Мы уходим. — твёрдо повторил свои слова верховный иерарх, разворачиваясь.
Следовало воспользоваться тем шансом, что у них есть. Другого не будет.
Седовласый, коротко стриженный и гладко выбритый старик сидел за письменным столом, сосредоточенно выводя на бумаге символы. Слабый, едва набирающий силу свет раннего утра робко освещал золотистую вышивку на его роскошной мантии из красного бархата.
Он был не один в рабочем кабинете: напротив стола стояла женщина, чей внешний вид изрядно контрастировал со спокойным рабочим образом старика.
Женщина выглядела отвратительно: настолько, что на первый взгляд было сложно даже определить её возраст. Оборванная, грязная, покрытая пеплом и запёкшейся кровью одежда. Некогда, возможно, рыжие, а ныне почти чёрные от грязи и копоти волосы. Толстый слой темно-серого пепла покрывал безучастное лицо с глубоко впавшими глазами: похоже, она не спала уже несколько суток.
