Некоторое время мы молча двигались по улицам, которые медленно погружались в сумерки. Я просидел в мужской таверне с полудня до самого вечера: время текло быстро. Немного поразмыслив, я не стал устраивать словесных игр в этот раз, и просто спросил напрямую:
— Зачем?
— Вам не понравились девочки, милорд? — удивлённо вскинула брови Лара. — Я подбирала лучших из лучших…
— Девочки были хороши. — нейтрально ответил я. — Ночка и правда выдалась… незабываемая. Вот только ты не могла не знать, что, вообще-то, довольно неприятный, болезненный, и в чём-то даже унизительный опыт. Поэтому я повторяю свой вопрос. Но помни, это только потому, что ты была со мной с самого начала.
Лара закусила губу и отвела взгляд.
— Я не хотела ничего дурного, милорд. — выдохнула девушка. — Вообще-то, если не пить ту дрянь, что вам дали в той таверне, никакой боли нет. К моменту, когда пройдёт онемение, всё уже заживёт, в составе зелий были и целительные снадобья, и весьма хорошие. И в этом нет и тени унижения — наоборот, не каждый мужчина в Таллистрии удостаивается подобного посвящения. Это что-то вроде… Нашей прививки от жадности, наверное. Мне просто хотелось показать вам, что больше — не всегда лучше. Простите, если это вызвало ваш гнев. Я готова принять любое наказание.
Вроде бы я не сказал ничего такого, но, наверно, что-то отразилось в моей позе или в моих глазах, что охотница мгновенно перешла со свободного общения на верноподданнический тон, опустив глаза вниз. Но, пожалуй, это была больше привычка пользоваться властью, чем реальное желание как-то наказать её.
Воспользоваться здесь и сейчас королевскими привилегиями? Верно говорят, что никто не может унизить тебя больше, чем ты сам. Подобное вообще не приходило мне в голову, пока Лара не начала унижаться.
— Расслабься. — вздохнул я. — Кстати, я так и не заметил, была ли ты среди тех девушек. И скажи честно, почему ты вообще избегаешь моего внимания? Я не буду навязываться, но из чистого любопытства мне интересно знать. Мне казалось, здесь, в Таллистрии, вы легче относитесь к тому, чтобы быть второй или даже третьей любовницей.
— Так и есть. — кивнула Лара. — Просто я замужем, и люблю своего мужа. Каждый раз, возвращаясь к нему, я вижу в его глазах вопрос, и мне бы не хотелось отвечать на него иначе, чем я отвечаю обычно.
На миг я завис. Замужем? Такое простое объяснение совсем не приходило мне в голову. Хотя, с другой стороны, что тут удивительного? Молодая девушка, всё при ней. Наверно, я просто слишком привык воспринимать охотниц как свою собственность, что даже и не думал о таком варианте.
Облик недоступности, окружавший пепельноволосую лучницу, словно испарился, и я мгновенно почувствовал, что теряю к ней всякий интерес. Кому хочется быть вторым?
— Знаешь что? Идём обратно. — решительно заявил я Ларе. — Пожалуй, я хотел бы познакомиться с этим девушками поближе. Может, без усилителей в этот раз, но общение мужчин с женщинами не ограничивается сексом. Говоришь, у них есть время ещё на пару ночей? Полагаю, до самого прихода каравана мы вполне можем порадовать друг-друга свои обществом…
Если сделать всё правильно, выйдет хороший отдых. Самое то перед серьёзными делами. Возможно, я бы даже прихватил ту блондинку с собой, в Палеотру… Определённо, я не был из числа тех королей, кому повредит лишняя пара любовниц. Однако, пожалуй, стоит вынести из всего этого мудрый совет — количество не всегда хорошо. Это было близко к тому, чтобы получить самую настоящую психологическую травму. Очень близко.
Это был тихий, тёплый вечер, и я стоял на одной из башен городских стен Виталии, наслаждаясь внешним видом медленно погружающегося во мрак города. Люминесцентные растения уже были хорошо различимы в вечернем сумраке, создавая множественные цепочки огоньков вокруг города, что образовали замысловатые, явно выверенные с любовью и заботой узоры. Огни столицы Таллистрии ещё не угасли, но город явственно готовился ко сну.
Пожалуй, даже при всем своём цинизме я не смог бы спорить с тем фактом, что в этом городе было приятно находиться. Цветочный запах терновника был легко уловим, но отнюдь не бил в ноздри, а скорее мягко обволакивал тебя, придавая свежести, а лёгкая прохлада ничуть не заставляла носить одежду потеплее.
Я бросил взгляд на отблески гигантского озера, рядом с которым была построена Виталия, и сжал кулак. Желание уничтожить всё вокруг жгло меня изнутри, становясь почти невыносимым. Всего один удар, и зелёные стены вокруг города обратятся в прах. Сколько раз мне придётся запустить пожиратель жизни, чтобы внутри каменных стен не осталось ничего живого? Пять, может десять? А затем можно было бы заглянуть в лицо этой суки и насладиться выражением…
Я вдохнул и выдохнул, разжимая кулак и опуская руку. Месть — это блюдо, которое стоит подавать холодным. Осталось совсем немного.
