Армия, подходящая к огромному, расстилающемуся от горизонта до горизонта лесу была завораживающим зрелищем. Ало-золотые стяги затмевали куда менее многочисленные сине-бирюзовые, ясно давая понять, кто именно явился в Таллистрию сегодня. К мою удивлению, наместник, которого я оставил в Септентрионе, дал о себе знать: в армии, что Шеридан привёл из Ганатры было две тысячи солдат родом из лучшей твердыни севера. Немного… Но это выражение верности, вне всяких сомнений, особенно учитывая количество недовольных разделом королевства.
Мой главный генерал привёл с собой из Ганатры три тысячи гвардейцев и двадцать тысяч солдат, пока я прохлаждался в Таллистрии.
Лорд Нилас собрал для армии соединённого королевства более чем втрое больше: десять тысяч огненных панцирей, и почти семьдесят тысяч солдат.
Вместе с моим рыцарями смерти, тысячей великанов под командованием Вальгарда, это была более чем стотысячная армия.
Я всерьёз подозревал, что хватило бы и меньшего. Всё-таки, война будет с женщинами… Но конкретных цифр лордам Палеотры я не дал, и, похоже, аристократы огненного королевства решили выпендриться таким образом, показывая, насколько сильна их родина.
И сегодня мы собрали военный совет, в расширенном кругу: если генералов Ганатры я знал, то вот предводители алой армии…
Скажем так, в мой шатёр эта толпа народа не влезла. А он был немаленький, королевский… Поэтому мы просто выдвинулись вперёд, остановившись в нескольких милях от леса.
— Честно говоря, я не уверен, что нам вообще нужно такое количество солдат. — скрепя сердце признал я. — Возможно, хватило бы нашей элиты, и, может, ещё тысяч двадцать…
— Мы достаточно богаты, чтобы позволить себе и не такой поход, милорд. — прогудел лорд Нилас, не снимая шлема. — Если вы прикажете, мы наберём и двести, и триста тысяч солдат. Но для них просто нет цели: не думаю, что кто-то кроме Ренегона сможет противостоять нашей армии.
Я всерьёз задумался о логистике и продовольствии. Нет, собрать столько новобранцев и обучить их Палеотра, конечно, сможет. Но вот прокормить? Что-то не складывалась в моих расчётах…
— Сможем ли мы прокормить такую армию? — повернулся я к Таслиниусу. — Сколько вообще человек живёт в Палеотре?
— Не думаю, что кто-то считает сколько крестьян в деревнях, милорд. — пожал плечами герцог. — Миллионов десять в королевстве наберётся, наверно, если всех посчитать.
— Меньше. — ответил Грицелиус. — И вы ошибаетесь, лорд Таслиниус. Мы ведём примерную статистику, потому что просеиваем все деревни на предмет одарённых людей для обучения. В Палеотре живёт около девяти миллионов человек.
Я задумался. Цифры не сходились. Нет, набрать несколько сотен тысяч боеспособных мужчин в ополчение из девяти миллионов, конечно, возможно. Но сколько нужно крестьян, чтобы кормить одного солдата? Десяток?
— Если мы можем выставить триста тысяч солдат, сколько может выставить Ренегон?
Вопрос, конечно, был слегка подозрительный. Но естественный для короля-воина, образ которого я всеми силами поддерживал. Среди стоящих чуть поодаль генералов с краем глаза отметил общение какими-то армейскими жестами.
— Никто не знает. — негромко ответил Шеридан. — И точных цифр населения у нас тоже нет. Но в одном Кордигарде живёт более полумиллиона людей, а сам Ренегон самое густонаселённое королевство из всех. Это может быть как двадцать, так и все пятьдесят миллионов. Насколько я знаю, Ренегон никогда не собирал полную армию, разбираясь со всеми конфликтами силами одной лишь гвардии. Однако одной лишь городской стражи там точно наберётся не меньше, чем нас здесь.
— Мы планируем воевать с Ренегоном? — подал голос магистр Пикус. — Я сразу хочу заявить, что я против подобной идеи, независимо от целей подобной войны.
На магистре водной цепи скрестилось множество удивлённых взглядов: тот спросил то, чего не решались остальные.
— Нет, подобного нет у меня в планах. — покривил душой я. — Но мне совершенно не нравится доклады, что поступают мне из Кордигарда. Они сами готовятся к войне, но с кем? Я боюсь, что владыке Ренегона может не понравиться возможное растущее влияние нашего соединённого королевства. И это может обернуться соперничеством, подобного тому, как было с Ганатрой и Палеотрой. Если не хуже.
Нилас с Таслиниусом переглянулись.
— Быть может, у нас не хватит сил покорить Кордигард, милорд. — прогудел Нилас. — Но если Кормир II решит, что мы стали слишком богаты и влиятельны… Мы отбросим его. Может, их гвардия и считается лучшей, но это не значит, что они могут держать нас за слабаков.
— Я пущу им кровь. — проскрипел закованный в латы скелет. — Поставьте моих людей в первые ряды, и мы посмотрим, сколько стоит их мастерство против бирюзовой гвардии.
— Если этот день придёт, я напомню вам эти слова, лорд Элдрих. — кивнул я, смерив древнего короля задумчивым взглядом. — Но пока перед нами лес. С чего мы начнём?
— Двадцать. — просто ответил Грицелиус.
Я вопросительно поднял бровь.
