Мастер усмехается, достаёт из шкафа два чистых листа, записывает всё, о чём мы договорились; по моей просьбе вписывает краткое описание проектов, подписывает сам, ждёт, пока подпишу я, а потом передаёт мне копию. Затем мы возвращаемся к обсуждению. В количестве люстр я доверяюсь мастеру. Намечаем место, где будет дверь, для того чтобы продавщица и подавальщица могли легко добраться до кухни. Обговариваем внутренние помещения и переходим ко второму залу. Когда все детали улажены, за окном уже начинает темнеть.
— А что со вторым этажом? — спрашивает гном.
— Давай сперва разберёмся с первым. На втором я бы хотела сделать обычный косметический ремонт, но пока не знаю, останутся ли на это деньги.
— Могу ссудить. Как только пойдут продажи витрин и тёплого пола, погасишь долг.
Качаю головой:
— Вот когда заработаю, тогда и начну тратить.
— Разумно… Ладно. Мне понадобится дня три, чтобы приготовить образцы и нарисовать проект. Оставишь документы на дом у меня или подождёшь, пока сниму копию?
Есть уже хочется очень сильно, и я решаю:
— Оставлю у тебя, чтобы ты сделал копию. Как много времени на это потребуется?
— За час управлюсь.
— Тогда мы лучше вернёмся к тебе через час.
— Ладно. Тогда до встречи.
Проголодаться успела не только я, поэтому единодушно сходимся на том, чтобы отправиться в ближайшую харчевню. Баронесса с восхищением в голосе произносит:
— Знаешь, я приятно поражена. Ты всё так хорошо продумала! А твои идеи насчёт полов и витрины!.. Как тебе удалось до такого додуматься?
Не рассказывать же ей, что я не придумала, а просто позаимствовала идеи из своего мира, поэтому пожимаю плечами:
— Возможно, дело в том, что я потеряла память и теперь не знаю, как можно, а как нельзя. Зимой у меня было достаточно времени, чтобы всё обдумать и понять, каким я хочу видеть кафе.
— Это просто поразительно!
На еду налетаем с энтузиазмом. Помня о том, что в нашем мире для каждого блюда был свой прибор и особый способ этот прибор держать, заказываю себе то же, что и баронесса (тыквенный суп и кусок пирога), а потом повторяю за ней. Суп она ест ложкой, пирог отламывает вилкой. Вилку держит в правой руке, точно так же как Рансон. Расспрашивать её стесняюсь — я и без того могу показаться подозрительной, не хватало ещё усиливать это впечатление вопросами.
Когда еда съедена, а до возвращения в мастерскую остаётся ещё около получаса, спохватываюсь:
— Вы просили показать куклу, которую я сшила. Если не передумали, она у меня с собой.
— Показывай, — кивает баронесса, а её глаза светятся любопытством.
Куклу она берёт осторожно. Внимательно осматривает, а потом удивлённо качает головой:
— Очень красивая! Я таких раньше не видела. И для ребёнка вполне безопасная, не то что фарфоровые... Ты сама придумала или подсмотрела у кого-то?
— Сама, — улыбаюсь я. — Хочу посоветоваться. Как считаете, будет ли пользоваться кукла спросом, и за какую цену её лучше продавать?
— Думаю, тут всё зависит от того, кому её продавать. Если на рынке, то больше серебряной монеты не поставишь. А вот если в каких-то дорогих салонах, цену можно поднять вдвое. Что касается спроса — не сомневаюсь, она будет пользоваться популярностью… А почему бы не продавать их в нашем кафе?
— А так можно?
— Конечно. Только нужно будет поставить кукол на верхние полки, чтобы дети не добрались. А ещё я думаю, можно продавать их и во втором зале тоже — кавалерам может захотеться порадовать своих дам.
— Но у меня их не так уж много.
— А ты уже успела её запатентовать?
— Почти. Сегодня должен прийти ответ о том, что раньше такого не делали.
— Отлично! Тогда можешь нанять швею и обучить её пошиву кукол. Только нужно подписать с ней договор о том, что она не может продавать готовые изделия самостоятельно. Если дело пойдёт, сможешь неплохо зарабатывать.
— Не думаете, что спрос со временем снизится?
— Не обязательно. Можно шить куклам разные наряды. Наверняка найдутся те, кто захочет собрать коллекцию.
— Думаете?
— Уверена. Я поразмышляю над тем, что мы можем сделать для того, чтобы подобные куклы вошли в моду. Я вам сегодня уже не нужна, поэтому вернусь в гостиницу. Встретимся через три дня, когда мастер Биззаброз покажет нам эскиз и материалы?
— Хорошо. Тогда в десять через три дня у мастерской?
— Да. Всего доброго, моя дорогая.
— Всего доброго.
Забрав документы на дом, отправляемся в ратушу, где получаем радостное известие о том, что я первая патентую подобную куклу. Получаю патент, расписываюсь в патентной книге и выбираю из предложенных условий те, что меня устраивают: десять процентов от стоимости каждой куклы и три года я буду единственной, кто сможет их продавать. Если баронесса поможет ввести их в моду, будет чудесно.
Сидеть три дня в городе совсем не хочется — очень уж я соскучилась по дочке. Договариваюсь со старостой, чтобы завтра утром он сопроводил наш экипаж обратно домой.
Стоит переступить порог, как ко мне подбегает дочка и радостно вопит:
— Мама! Мама вернулась!
Наклоняюсь и сжимаю её хрупкое тельце в объятиях:
— Солнышко моё! Как же я соскучилась!
