Занятия колдовством Еженика не оставляла даже после гибели своей наставницы. Иста переживала за девочку, пыталась вразумить словами, наставить на путь истинный. Однажды вошла к ней в спальню, хороших снов пожелать, а там Ежа с зеркалом разговаривает. И зеркало ей отвечало. Причём мужским голосом.
Когда барышня поняла, что её раскрыли, не стала кричать или возмущаться. Положила зеркало на стол, задвинула засов на двери. А потом взяла Исту за руку, усадила рядом с собой и всё ей рассказала. Что Арна научила её открывать окошко в другой мир.
Сама наставница умела только наблюдать, как там живут. Но Ежа превзошла её. Ей удалось услышать голоса, а затем и самой начать общение с представителями другого мира.
Точнее представителем.
Они уже давно общаются и полюбили друг друга так сильно, что готовы на всё. Вместе они придумали план, выбрали женщину, которая займёт место и тело Ежи. А сама Еженика станет жить её жизнью в том мире.
При этих словах я обалдела. Это что значит, меня ещё и выбрали? Эта юная бабка Ёжка со своим ухажёром меня просто выбрали!?
– А как отбирали? По каким параметрам?
– Этого я не знаю, – Иста пожала плечами и отвернулась к окну, любуясь уточками.
Моя первая реакция – возмущение – сменилась непониманием. Не помню, чтобы в моей жизни проявлялась хоть какая-нибудь магия. Ни волшебных палочек не встречала, ни единорогов, даже захудалого везения и то не было.
На экзаменах попадались самые сложные билеты. В кондитерской передо мной забирали последнее заварное пирожное. Всё, что у меня было в жизни, я добивалась трудом, усердием и дисциплиной.
А тут какая-то Ежа в одночасье лишила меня всего! Ещё и свою жизнь подсунула, куда я по доброй воле ни за что не вляпалась бы.
– А я не поверила, думала, умом барышня поехала из-за соседа нашего, – вздохнула Бабура. – Когда в спальне тебя увидела, тогда и поняла, что ты не Еженика. Да и то до последнего сомневалась.
Теперь мы с Истой вперили изумлённые взгляды в Бабуру.
– Так Ежа и тебе открылась? – ревниво воскликнула старушка.
– Думала, только ты у неё в наперсницах ходишь? – повариха подбоченилась, гордая оказанным ей доверием. А я снова закатила глаза.
Эти двое ругались, потому что ревновали барышню друг к дружке и никак не могли поделить её внимание.
Вопрос был в другом. Что теперь мне делать в Ежином теле и в её жизни? Я-то хочу обратно свою, которой теперь живёт эта самозванка! И как мне всё вернуть назад?
Ответов у меня не было. Только ещё один вопрос.
– Зачем Ежа вышла замуж за доктора, если собралась к любимому в другой мир?
Иста смутилась, но всё же ответила.
– Барышня не знала, выйдет у ней али нет. Тут дело такое – сложное.
Ага, решила подстраховаться. А у неё всё получилось. И теперь я сижу в её старом доме со старой мебелью и старыми служанками, а ещё новоиспечённым мужем и соседом, который хочет отобрать заливные луга.
У меня.
Потому что теперь Ежины проблемы стали моими.
Я ничего не забыла? Ах да, ещё же способности к богомерзкому колдовству, за которые могут сжечь на костре.
Вот это я попала! Хуже, наверное, можно было, но уже некуда.
Так что я подвела итог.
– Значит, я теперь жена доктора Ленбрау? И сегодня у нас была первая брачная ночь?
Обе женщины кивнули, неуверенно переглянувшись.
– И куда же делся мой муж?
Кажется, они ожидали другого вопроса, потому что слегка расслабились.
– Так это, – пояснила Бабура, – на учениях. Он же доктор, вот и ездит каждое лето, чтобы новобранцы друг друга да себя не зашибли.
– Они так специально с Ежей договорились, чтобы перед отъездом брак оформить. Ну чтобы вопросов не было, почему супруг не живёт с ней. А потом оно как-то бы сгладилось и забылось.
Я вздохнула и прижала ладони к лицу.
Вся эта ситуация мне ужасно не нравилась. Но хотя бы появились некоторые отсрочки. На костре меня пока сжигать не будут, и с мужем объяснение откладывается на неопределённый срок. Уже легче.
Там, глядишь, разберусь в ситуации и что-нибудь придумаю. Может, найду Ежины записи и с их помощью вернусь домой.
Безвыходных ситуаций не бывает!
А пока буду вживаться в новое тело и новую реальность.
Я убрала руки и обвела женщин уже более осмысленным взглядом.
Раз я теперь Еженика Ленбрау, значит, хозяйка Любово и этих двоих спорщиц тоже. Поэтому они должны меня слушаться. Или не должны?
Вот сейчас и проверим.
– Дорогие женщины, – начала я вкрадчивым голосом, так что обе сразу насторожились, – а вот как по вашим законам – если кто-то знал о богомерзком колдовстве и не сообщил инквизиторам, что ему за это будет?
Бабура побледнела. Иста прижалась спиной к подоконнику, будто уже хотела выскочить наружу и убежать.
А я долго и внимательно посмотрела каждой в глаза, а потом сказала.
– Так вот, уважаемые, теперь я ваша хозяйка Ежа Ленбрау. Вы будете относиться ко мне, как к госпоже, слушаться беспрекословно и не перечить. Если я окажусь на костре, вас утащу за собой. Это понятно?
Обе женщины, чуть помедлив, кивнули.
– Тогда ведите меня одеваться, а потом на экскурсию по усадьбе, чтобы я знала здесь каждый закуток и каждый кустик.
