Иннис закрыла дверь, сказала, чтобы я села за стол, указала на миску с пирожками и предложила пива (универсальный напиток, что тут скажешь!). Я поблагодарила женщину, но отказалась от угощений: поужинала уже вместе с семьей лавочника.
Заняв место за столом напротив меня, повитуха обратила на меня внимательный взгляд своих голубых глаз.
— Не бойся, — проговорила она негромко, — я умею хранить секреты, так что говори смело. И не обижайся, если прицеплюсь, как пиявка, таково уж мое знахарское дело.
Я, конечно, не ждала многого, но все равно поведала повитухе о своих проблемах с деторождением, расписав все нюансы: и про цикл, и про начало беременности, и про их трагические концы. Что ела, что пила, много ли гуляла, хорошо ли спала, сколько нервничала – все, в общем.
Иннис слушала, не перебивая, и когда я выдохнула, закончив, произнесла:
— Некоторые женщины, как и ты, легко беременеют, но выносить ребенка не могут. Знавала я одну графиню, которая шесть раз подряд хоронила своих недоношенных детей, но зато потом родила четверых здоровых.
— Ты помогла ей?
— Нет, моя мама. Она научила меня всему, а ее – моя бабушка. Травами многое можно поправить, но иногда дело в другом. У графини той был старый муж, и лишь когда он умер, и она вышла замуж снова за молодого, ее беременности кончились благополучными родами и дети выжили – все.
— Значит, надо просто сменить мужа? — усмехнулась я.
— Думаю, да, — протянула Иннис. — Я знала, что ты придешь ко мне. Соседи говорят, ты была здоровым ребенком, любимым и балованным, и выросла в такую же здоровую девушку. По твоим словам, забеременела сразу после свадьбы. Вряд ли с тобой было что-то не так. А вот муженек... Люди такой породы на все готовы ради золота, а ты была золотой невестой. — Иннис посмотрела на меня сочувственно: — Я уверена, что Тейг женился на тебе ради денег и сразу после свадьбы решил избавиться от тебя – или со свету сжить, или выставить женщиной, не способной родить ребенка. Так он и развелся с тобой, назвав бесплодной.
Что ж, звучит логично. Тейг очень даже похож на типа, который может такое провернуть. Но может быть и так, что у Астрид на нервной почве произошел гормональный сбой.
Видя мою задумчивость, Иннис предложила пройти в другую комнату, где есть кровать специально для таких случаев, и там посмотреть меня – я согласилась. Зря, что ли, к повитухе пришла?
Осмотр прошел хорошо: Иннис тщательно вымыла перед ним руки и была очень деликатна. Прощупав все, что сочла нужным, она отстранилась и сказала:
— Не вижу ничего плохого, и раз ты говоришь, что крови у тебя идут каждую луну, то я останусь при своем: тебе вредил муж. И чем он дальше от тебя, тем лучше. А дети… вот как соберешься снова замуж, тут уж я тебе подскажу, как сделать так, чтобы все прошло лучшим образом, — подмигнула молодая женщина.
Я улыбнулась и заверила, что обязательно приду к ней за советом, если вдруг снова решусь беременеть, а сама подумала: ага, щас! Сначала бы с собственностью разобраться.
Иннис не стала меня задерживать потом, да и мне лишь нужно было убедиться, что по ее меркам я здорова. Провожая, она сказала мне:
— Каэры разводятся не так уж редко, но чтобы обычный мелкопоместный рэнд решился… Это очень необычно.
— А Тейг и считает себя каэром, — усмехнулась я.
— Да, похоже на то, — протянула Иннис и попросила: — Приходи еще, Астрид. Просто так приходи. Я проклятия не боюсь.
— Проклятия? О чем это ты говоришь?
— Так ведь говорят в деревне, — подавшись ко мне, шепотом сказала женщина, — что ты своим несчастьем беды и на Тулах навлечешь. Что вдова, что та, от которой муж отказался – все одно, женщина, притягивающая беды. Столько лет у нас в Тулахе тихо было, а ты появилась – и сразу казнь.
М-да. А я-то решила, тулахчане хорошо меня приняли…
— Хорошо, — усмехнулась я, — постараюсь не напугать деревенских своим проклятием.
Повитуха улыбнулась и открыла мне дверь во двор, где разговаривали ее муж Рис и Лесли. Они повернулись к нам, и на них пролился свет из дома, осветив слегка покрасневшие от холода лица.
Я вышла к Лесли, а Рис, мазнув по мне любопытным взглядом, спросил у жены:
— Потолковали?
— Угу. Проводишь девочек? А то темно совсем стало, а сегодня день казни.
— Не надо, сами дойдем, — сказала Лесли.
— Рис, проводи, — велела Иннис, и, пожелав нам доброй ночи, вернулась в дом.
Так, обратно после «врачебного приема» нас повел супруг здешней «докторицы». В деревне и в самом деле стало очень темно, настолько, что, казалось, темень поглощает свет от соседних дворов и дальние огни у колодца и храма. Я взглянула в небо, на котором и звезды словно бы постепенно гасли, не в силах конкурировать с густым мраком тулахской ночи.
Редландия заслуженно слывет красивой, но особенно ценят ее побережье, изрезанное скалистыми бухтами, нагорье с его прекрасными видами, а также идиллические пейзажи долинной части, где живут Вассы. А Тулах – это не про красоту, это громадный зловещий лес и болота; иногда графа Тавеншельда, в чьем графстве по большей части и лежит Тулахский лес, называют «Лесным каэром».
