На лоб мне упала прядь золотистых волос, и я подняла руку, чтобы убрать прядку с лица. Это не мои волосы! Не мои пальцы! Не мое тело! Краткий миг паники ослепил меня, и я резко встала с кровати – то есть попробовала встать. Весьма солидный вес тела и невероятная слабость сразу вернули меня обратно в горизонтальное положение; кровать душераздирающе скрипнула.
Женщина на сундуке вздрогнула, проснулась и уставилась на меня.
— Пить хочешь? — спросила она хрипло после недолгого разглядывания.
— Ага, — так же хрипло ответила я.
Уна – так ее зовут, и я не могу себе объяснять, откуда это знаю – поднялась с сундука, почесала бок и вышла. Вскоре она вернулась с кружкой и помогла мне попить некой сладковатой жидкости; я выпила все, жадно облизнула губы и посмотрела на «свой» солидный живот, крупные тяжелые ноги…
— Этот отвар поставит тебя на ноги, — пояснила Уна, считающаяся в деревне знахаркой, и, глядя в мое, мягко говоря, удивленное лицо, протянула: — Эх, Астрид, что же ты натворила?
У меня и раньше были долгие красочные сны с подробностями, но все же это были сны, тогда как сейчас полное ощущение реальности. Я вспомнила маршрутку, удар, темноту, и на ум пришли эзотерические бредни о переселении душ и других мирах…
Уна, не дождавшись от меня ответа, заговорила о том, что скоро должен вернуться Тейг и что он сильно разозлится, узнав, что тут без него случилось. Я помалкивала; Тейг и его злоба интересовали меня меньше всего. А вот то, что я уже так давно и так ярко пребываю во сне – это напрягает. Да и сон ли это? У предметов нет искажений, я дышу, мое сердце бьется, а кожа влажна от пота, не говоря уже о слабости, дрожи в ногах и руках и резях в желудке. Слишком уж естественные, правильные и физиологические реакции у меня для сна, в котором законы физики и биологии как правило игнорируются...
— Астрид! — позвала Уна и даже похлопала меня легонько по щеке. — Хватит глазами хлопать! Когда Тейг вертается и узнает обо всем, что ты ему скажешь?
Что ж, сон это или нет, но я пока что живу в нем как Астрид Васс, а раз так, надо включаться в эту реальность.
— Я скажу ему, — ответила я чужим, непривычно нежным голосом, — что слегка переборщила с сонной настойкой.
— Так он и поверит!
— Поверит, куда денется, — отозвалась я и стала поудобнее устраиваться в кровати.
Пока Рябая Уна обхаживала меня, я анализировала исходные данные – воспоминания Астрид Васс, девушки, в чье тело я попала. Воспитывала Астрид бабушка – Фиона Лорье, женщина властная и требовательная. Мужа, как считали соседи, «мегера» сжила со свету, с родственниками рассорилась в пух и прах, а единственный сын с женой умерли от лихорадки. Так и осталась у Фионы из близких одна лишь внучка – Астрид. Под опекой «мегеры» девочка выросла несамостоятельной. Когда пришло время, Фиона подыскала внучке жениха из семьи зажиточного рэнда – Тейга, и благодаря хорошему приданому все быстро сладилось, и молодых поженили.
В новой семье Астрид жила хорошо… первое время. Влюбленная девчонка не замечала, что муженек совсем не расположен к ней и даже слегка презирает, и ходила за ним хвостиком, умирая от счастья, когда он соблаговолил поговорить с ней или «помять» ночью. Астрид мечтала поскорее родить ребенка, но первая беременность хоть и наступила быстро, окончилась плохо, и произошел выкидыш. Вторая беременность кончилась так же печально, да еще и Фиона, бабушка Астрид, переоценив свое здоровье, намерзлась во время прогулки, простыла и сгорела от лихорадки за несколько дней.
Имущество Фионы Лорье и ее поместье по праву наследования перешли Астрид. Усадьба была отличная: двухэтажный каменный дом, прекрасный сад, и располагалась в удачном месте близ Тулахского леса, где любит охотиться знать. Фиона Лорье знала об этом и всегда была рада предоставить благородным господам ночлег, а те не скупились на благодарность. Тейг решил воспользоваться жениным имуществом выгоднее для себя и продал усадьбу бабушки и прочее ее имущество. На вырученные немалые деньги семейство Вассов значительно улучшило благосостояние, а лично Тейг купил себе новую лошадь, оружие, приоделся и стал часто уезжать в город по каким-то своим загадочным делам.
Астрид тем временем забеременела снова – и снова скинула ребенка до срока. Тогда-то в семье ее и стали попрекать: больная, мол, слабая. Тейг и вовсе перестал спать с женой, и когда появлялся дома, даже не смотрел на нее. Астрид, все еще переживающая смерть бабушки и очередной выкидыш, а также нападки свекрови и деревенских заклятых подружек, стала заедать стресс и закономерно увеличилась на несколько размеров, превратившись из полненькой милашки в большую, так сказать, женщину.
