Родовитые гости уехали к вечеру, и с одним из них мы договорились совершить завтра утром прогулку верхом. Проводив каэров, я медленно пошла к дому, чувствуя себя так, словно не по земле ступаю, а по облакам. Не надо больше ловить намеки, расшифровывать взгляды, путаться в догадках – все тут ясно. Бринмор
— Ах, баронесса, ах, как ловка! — не сдержала эмоций Нетта, подойдя ко мне. — Они все таяли, смотрели на тебя, как заколдованные, а пуще всего этот беленький каэр! Ох, ну какой же он! Да они все такие… — девушка замахала руками, ища определение, затем с придыханием проговорила: — Городские…
— Обычные, — ответила я.
— Что-о-о?! — возмутилась Нетта. — Они-то?
Подошел к нам и Кэл.
— Граф – твое слишком хорошо? — прямо спросил он.
— Уже не слишком, я его слегка заземлила, — усмехнулась я.
— Как бы самой больно не упасть…
— Что ты говоришь? — встряла Нетта. — Граф женится на Астрид, вот увидишь!
— Ну, коль женится, так и погляжу, — заявил Кэл, — а пока и говорить нечего. Каэры хотят завтра поохотиться, попросили лесничего места показать, да и я вызвался с ними. Или я тебе нужен завтра торф перебирать на сушку?
— Вот еще, — фыркнула я, — езжай, конечно, заодно послушай, о чем господа говорят. И вообще, отправляйся сегодня в дом барона ночевать и держи ухо востро.
— Боишься, как бы красавчик-граф без тебя служанок щупать не стал?
— Какой же ты противный, Кэлвин! — воскликнула Нетта и даже стукнула рэнда в плечо. Тот, ухмыльнувшись, протянул руку и взъерошил волосы девушки.
Я же, посмеиваясь, продолжила идти к дому. Стремительно темнело, неподалеку в лесу пели птицы, доносились до меня звуки шутливой борьбы Кэла и Нетты, и мне хотелось раскинуть руки, задрать лицо к небу и сказать: «Как хорошо-то!»
Я встала рано утром и места себе найти не могла, ожидая, когда подъедет к усадьбе мой каэр. Мне и еда в горло не лезла, но я все-таки затолкала в себя кашу и выпила молока. Нетта мне платье красивое подобрала, с волосами что-то намудрить попыталась и все сокрушалась, что у меня руки в мелких порезах и укусах насекомых, а на лице повылезало веснушек. Я же только отмахивалась и волосы в итоге распущенными оставила, чтобы сияли на солнышке.
Когда мой ненаглядный приехал, наконец, я встретила его улыбкой, потому что не могла не улыбаться. Мы направились в Тулах привычной для меня дорогой, поглядывая друг на друга с явными заигрываниями, но при этом говорили друг с другом подчеркнуто вежливо и на «вы».
— Так и будете дальше сохранять приличия, граф? — поинтересовалась я лукаво.
— Этим я охраняю вашу честь, баронесса.
— Усердно продолжаете меня опекать.
— Конечно. Я же ваш каэр, помните?
— Как же забыть? — улыбнулась я и добавила: — Я вас ждала.
— А я…
Собаки, сопровождающие нас, сцепились, и их рык прервал Бринмора. Граф в свою очередь прикрикнул на собак, затем дал им команду на атрийском, но бигли у меня своенравные, всяких там каэров не слушают. Раздосадованный Бринмор спешился и растащил собак, и, заметив мой веселый взгляд, бросил обвинительно:
— Собаки не обучены! Это никуда не годится!
— Они необучаемые, — отозвалась я беззаботно.
— Необучаемых не бывает. Эти уже взрослые, чтобы учить их манерам; вы прошляпили момент. Очень неосмотрительно для каэрины, которая имеет привычку разъезжать одна. Но хорошо хоть, что это бигли, а не какой-нибудь мастиф.
— Душнила вы, — ласково сказала я, разглядывая графа сверху.
— Кто?
— Очень нудный человек.
— Нудный? — вскинул бровь Бринмор и явно приготовился душнить дальше… хотя нет, я ошиблась. Сложив руки на груди, он обвел меня взглядом, начав с ног, и протянул нежно: — Это вы разгильдяйка.
— Значит, мы прекрасно друг друга дополняем, граф.
— Склонен согласиться, баронесса, — промурлыкал каэр.
Он вернулся в седло, и мы продолжили поездку, говоря обо всем и ни о чем, но несмотря на это, разговор был крайне важным – закладывались основы, подбирались ключики… Ведь это, по сути, наше первое свидание, когда мы встретились только из романтических целей.
Тень набежала незаметно.
— Намерены заехать в деревню? — спросил Бринмор, когда я уверенно повела Ладу к съезду в Тулах.
— Да, а что? — отозвалась я. — Надо обязательно сводить вас в лавку Дермида, где он вам что-то всучит, чтобы потом говорить: «У меня закупается сам граф Бринмор!» А брат Кэолан варит такое пиво – ух! Вы должны обязательно попробовать.
— Пиво – это хорошо, — сказал каэр, и по мельчайшим изменившимся оттенкам в его голосе я уловила, что что-то не так. — Но я хотел бы побыть с вами наедине.
Черт, что не так? Почему мне кажется, что он темнит?
Бринмор, вздохнув, произнес:
