– А вы прямо-таки считаете, что этот дядька – маньяк? – спросил Шанцев. – А выглядит он как безобидный чудак…
– Да, Виктор Дмитриевич – талантливый актер, – отвечал Гуров. – Мог бы, наверно, в театре играть. Но по складу личности он типичный маньяк, я все больше в этом убеждаюсь. Так что он серьезный противник, и готовиться к борьбе с ним нужно серьезно.
Не успели они закончить свой разговор, как у ворот появилась машина, и раздался нетерпеливый гудок. Это вернулись из поездки в горы молодые обитатели поместья во главе с тренером Женей Самойловым. Шанцев открыл ворота, и джип с участниками полетов въехал во двор. Гуров вышел им навстречу. Одного взгляда на лица участников этой экспедиции было достаточно, чтобы понять, что их затея удалась: все выглядели утомленными, но довольными, даже счастливыми.
– У нас все получилось! – воскликнул Самойлов, увидев Гурова. – Да, Лев Иванович, у меня получилось летать, мы приземлились ровно в той точке, откуда стартовали. И второй полет удался, и третий!
– Да, я сама летала, управляла парапланом! – вторила ему Настя Вершинина. – Надо рассказать об этом папе. Он еще не вернулся?
– Должен вернуться с минуты на минуту, – отвечал сыщик.
– Ну, я тогда пойду нырну в бассейн, потом приму душ, – решила Настя. – А за обедом все ему расскажу.
Участники экспедиции разошлись по своим комнатам, и тут вернулась машина, на которой водитель Илья возил в Сочи Костю Потапова. Увидев Гурова, Костя доложил, что задание хозяина усадьбы выполнено, ракетки он купил и готов приступить к своим обязанностям охранника. При этом по лицу Потапова было видно, что он продолжает считать задание купить ракетки нелепым и не понимает, зачем его погнали в Сочи. «Погоди, друг, уже завтра ты все узнаешь и поймешь, – мысленно обратился к нему Гуров. – Поймешь, что тебя миновало страшное подозрение».
И, наконец, вернулась пешая экспедиция на горную тропу. Здесь тоже большая часть участников выглядела радостной и довольной. Во всяком случае, лица супругов Вершининых сияли от радости.
– Вот наконец я прошел по этим легендарным местам! – воскликнул Петр Вершинин. – В самом деле прекрасные виды!
– А какую чудесную картину нарисует там Олег! – вторила супругу Ирина Васильевна. – Уже сейчас можно догадаться, что это будет настоящий шедевр.
Оба художника, Никитин и Мерцлин, тоже выглядели довольными. Внешне казался вполне довольным и пятый участник похода, Виктор Селиверстов. Однако Гуров легко догадался, что бизнесмен только разыгрывает удовлетворение от прогулки. Об этом сказал настороженный взгляд, который Селиверстов бросил на самого Гурова.
– Ну а вы, Лев Иванович, хорошо полетали на параплане? – спросил он сыщика.
– Вы знаете, Виктор Дмитриевич, а мне не удалось полетать, – ответил Гуров. – У меня вдруг сердце прихватило. Со мной в последнее время такое бывает. Я, в общем, поэтому и с вами не пошел – предчувствовал, что мне такой поход не по силам. Наверное, я перенапрягся во время плавания на яхте. Похоже, я весь сегодняшний день буду отдыхать.
Вершинин, слышавший этот разговор, встревожился.
– Вы меня беспокоите, Лев Иванович! – заявил он. – С сердцем нельзя шутить. Может быть, вам надо показаться врачу? Лечь на обследование?
Гуров всем своим видом показал, что задумался над этим предложением.
– Ну, на обследование я, конечно, ложиться не хочу, – заявил он. – А вот врачу показаться – это мысль. Если вы договоритесь с хорошим специалистом в Сочи, то я после обеда, пожалуй, съезжу туда. Пусть сделают УЗИ, томографию, другие обследования.
– Договорились, Лев Иванович! – воскликнул Вершинин. – Я прямо сейчас и позвоню. Только телефон в справочнике найду.
И он пошел к себе в кабинет. Гуров пошел его сопровождать. Когда они вошли в кабинет, сыщик, словно ненароком, спросил:
– Скажите, Петр Никитич, у вас есть обычай по утрам подходить к окну и стоять там, дыша горным воздухом?
– Стоять у окна по утрам? – удивился хозяин поместья. – Нет, такого обычая у меня нет. По утрам я, как только встану, стараюсь сразу выйти на воздух, погулять по парку. Но вот вечером, перед сном, я действительно люблю стоять у открытого окна. Гляжу на закат, на первые звезды на небе…
– Это часов в десять, наверно, происходит? – уточнил Гуров.
– Скорее ближе к одиннадцати, – отвечал Вершинин. – Сейчас, летом, в это время еще немного светло, не то что зимой. А почему вас это интересует?
– Так, простое любопытство, – успокоил его Гуров. – Так вы будете звонить в Сочи?
– Да, вот сейчас найду нужного человека и позвоню, – отвечал миллионер. – Где-то здесь у меня было записано…
Он нашел нужный номер и позвонил. Некоторое время занял разговор, во время которого Вершинин несколько раз переспрашивал у своего собеседника, нельзя ли решить вопрос сегодня. После чего он прикрыл телефон рукой и повернулся к Гурову.
