Вверх по Чаринг-Кросс, через Сен-Жиль-серкус и на Тоттенхэм-Корт-роуд, которая выглядела как нечто из расхожей книжки научной фантастики. Ряды и ряды магазинов с выставленными блестящими невероятными приспособлениями и механизмами. Витрина одного пройденного им магазина была забита телевизионными экранами, приемники которых были настроены на разные каналы: больше каналов, чем он и в мыслях позволил бы себе допустить. Какой-то мужчина в конторе – танцует. Крохотные букашки, сильно увеличенные, спариваются. Два полисмена убегают от взрыва. Девочка в школьной форме беззвучно поет в микрофон, из своего телевизора она все время глядит, как будто из тюремного окна выглядывает. Взрывается гигантский космический корабль, люди палят из лазерных ружей, нечто инопланетное, раздутое в чудовищную кляксу, с человеком, заточенным в глыбу льда. Джо затошнило. Он метнулся обратно, добежал до Нью-Оксфорд-стрит, в Блумбери, легкие его качали горячий воздух, огни светофоров мигали зеленым, красным и желтым, стеклянные глаза над головой медленно поворачивались ему вслед.
Британский музей. Лоточник рядом с воротами продает сосиски, от запаха жареного лука желудок Джо вяжется узлом. Мельтешат туристы, сверкают вспышки фотоаппаратов. Фотоаппараты какие-то странные, слишком уж маленькие, подумал Джо. Будто у них внутри пленки не было.
Человек в костюме робота шагал по дороге с плакатом над головой: «Билеты за полцены». «Лучше дома места нет!» – выкрикивал робот. Остановился возле Джо, вручил ему рекламку со словами:
– Лучше дома места нет, приятель. Купи билет, пока они есть.
Джо моргнул, в глазах поплыло. Жестяной человек пошагал дальше. Он уже забыл про Джо. «Лучше дома…»
– Джо?
Он моргнул, открыл глаза. Над ним стояла мадам Сень.
– Вам привиделся дурной сон, – сказала она.
Язык распух и не слушался его. Джо сел, и комната поплыла. Ничто не переменилось. Клиенты все так же живописно раскинулись на подушках. Девушки разносили свое снадобье. На противоположной стене продолжался молчаливый показ фильма.
На экране: мужчина в бобровой шапке садится рядом с другим мужчиной, который, по виду, ошарашен.
Титр:
На экране: крупный план мужчины в бобровой шапке, его ужасающие глаза и смертельная бледность.
Титр:
– Мне нужно знать, какова ваша роль в этом.
– Моя роль в чем? – недоумевает мадам Сень.
– Что Мо здесь делал?
Глаза ее слегка расширяются:
– Сыщик?
– У него была ваша визитка.
Пожатие плеч:
– Он приходил сюда пару раз.
– Зачем?
– Зачем любой из вас приходит?
– Вот уж нет, – возразил Джо. Он тряхнул головой, и в глазах у него поплыло. – Он что-то расследовал. Следил за кем-то. Сюда он приходил… очевидно, видел их здесь. – Ее глаза спокойно рассматривали его. Джо описал человека в черных туфлях.
Мадам Сень: «Даже не знаю, почему я вообще разговариваю с вами».
Джо: «А почему?»
Мадам Сень: «Вы напоминаете мне мальчика, кого я когда-то знала».
Джо: «Что с ним случилось?»
Мадам Сень: «Он… (слегка запинается). Он уехал куда-то».
Джо моргнул, захотелось чихнуть. Обхватил голову руками: она была тяжелой, словно свинцом налита.
– У вас есть кофе? – спросил он.
– У нас дом опиума, а не кофейная лавка, – произнесла мадам Сень, и Джо улыбнулся.
– А если я попрошу?
Она жестом дала распоряжение одной из девушек.
– Так расскажите мне про этих людей, – сказал Джо.
На противоположной стене фильм, дергаясь, рывками подошел к концу.
– Я не Змеиная Голова, – заявила мадам Сень.
– Зато они подумали, что это вы.
– Да.
– Куда им хотелось, чтоб вы их отправили?
Мадам пожала плечами:
– В страну кучеряшек.
– Они нашли то, что искали?
– Нет.
– Что ж тогда они искали?
– А что
– Леди, мне просто надо сделать свою работу.
Обращение ее позабавило:
– Очень мило, – улыбнулась. – Леди.
Вернулась девушка. Она принесла серебряный поднос и поставила его на низкий столик рядом с Джо. Черный кофе в белой фарфоровой чашечке, сахарница с кусочками сахара, небольшой кувшинчик со сливками. Девушка подняла взгляд на Джо и улыбнулась. Мадам Сень сказала что-то, чего Джо не разобрал, и девушка быстро ушла.
– Я ищу… – начал Джо, а потом умолк, помешивал сахар и сливки в кофе, сделал глоток: от него, казалось, весь мозг пламенем охватило. – Усаму Бен-Ладена, – докончил он, дивясь самому себе.
Мадам Сень медленно кивнула. И сказала:
– По-моему, именно его и они тоже искали.
Теперь путь Джо был ясен. Он в третий раз повернул обратно, хотя один раз это было только во сне.
– Не приходите больше сюда, – дала ему совет мадам Сень. Повинуясь безотчетному порыву, он склонился к ней, поцеловал в щеку. Кожа у нее была прохладной. Она отпрянула, улыбнулась. Глаза ее скрылись за навернувшимся туманом.
– Случается, – сказала она, – что так и не выберешься обратно домой.
Джо кивнул, разок. Она тронула ладонью его лицо, посмотрела на него, словно бы выискивая на лице Джо что-то скрытое, черты кого-то другого.
– Здесь пути нет, – сказала она. – Забудьте об этом, Джо. Забудьте Чайнатаун.
