— Молодец, хорошо выступил. Возьми с полки пирожок. Оботри пыль и положи на место, — Багров, в отличие от шефа, деловому стилю не изменил и оттого выглядел посреди разборки немного неуместно — но плевать на это хотел. — Ты чью собственность попятил? Документы прочитать удосужился? Или ты вообще букв не знаешь, только цифры? Так сопроводилки дай, я тебе вслух прочитаю: груз принадлежит ИП Багров, то есть — мне. Так что ограбил ты меня. А я никому ничего не должен.
Парень вгляделся в документы. Антон подсветил фонариком, с трудом сдерживая бешенство. От такого голимого криминала он за семь лет успел отвыкнуть.
— Это незаконно. Мой наниматель опротестует эту сделку в суде.
— Флаг в руки, — сердечно посоветовал Понашевский, — а теперь разворачивайте оглобли и до ближайшего отделения. Будем протоколировать. И даже не надейтесь прорваться с боем, видеорегистраторы все пишут, свидетелей полно. Погуглить вам погодку на северах? На ближайшие пять — семь лет...
Обратно ехали чуть ли не с песнями. По автобусам гуляли термосы с чаем и спешно напластанные бутерброды.
Петр смотрел на эти народные гуляния с понимающей улыбкой.
— Сонька — брейн! Мегамозг, — поделился Багров. — Мы вчера скоренько задним числом оформили продажу всего товара мне, увеличив цену на рубль.
— С банки?
— С партии.
— То есть, твоя прибыль... два рубля?
— Да пофиг вообще, для суда неважно, хоть три копейки. Главное, что по факту, она имеется. Значит, происходит не сокрытие товара от контролирующих органов, а увеличение цепочки посредников с целью получения прибыли — ее можно хоть отсюда до Луны тянуть, если получится, это полностью законно и, кстати, пол-России этим занимается. Так что никого мы не удивили.
— А этот, на черном моторе, выходит, не сообразил?
— Да торопился он, как таракан на горящем корабле. Глянул мельком на печать — вроде похоже. Еще бы они не были похожи! Мы с Пашкой, специально, такой дизайн заказывали. Чтобы вот вообще, ни одной буквой не оно, а с первого взгляда не отличить.
Лысый давно пришел в себя, узнал радостную новость о том, что им всем дают жилье от МВД: немного тесное, но зато очень хорошо охраняемое. И за свет, воду, газ платить не надо. И даже адвокат будет предоставлен бесплатно — но как-то не сильно воодушевился.
Водитель слушал длинный матерный монолог, стараясь запомнить некоторые обороты, и был на седьмом небе от того, что к нему у ограбленных ребят никаких претензий не было. Адрес склада он запомнил на всю оставшуюся жизнь и поклялся здоровьем "Скании", что впредь, забирая оттуда груз, проверит с лупой каждую букву.
Способ возвращения собственности произвел на него сильное впечатление. Так уже лет двадцать никто не развлекался. Выходит, не забыли...
Ульрих Кениг проводил время более чем приятно, смотрел из панорамного окна арендованного пентхауса на текущую внизу реку света и дегустировал итальянское красное вино.
Звонок выбил его из созерцательного настроения. Но, увидев номер, Ульрих решил ответить — эту информацию он ждал.
— Мы пробили фото этого типа по картотеке. В том числе и по картотеке Интерпола.
— Что на него есть?
— Ничего. Абсолютно.
— Чист, как младенец? Бросьте, такого не бывает.
— Мы его вообще не обнаружили, ни по одну сторону закона. Он не грабил, его не грабили. Не состоял, не првлекался... даже на парковке никого не поцарапал. Его просто нет. Человек — призрак.
— Надеюсь, — голос Ульриха похолодел, — вы догадались провести расширенный поиск. По гражданским базам.
— Как только первый ничего не дал. Патрон, я не шучу — этого типа не существует в природе. У него даже паспорта нет.
— Секретная служба? Но к базе ФСБ у нас доступ тоже есть.
Его собеседник хохотнул:
— Патрон, у всех стран есть свои ниндзя. Просто японские и китайские уже спалились... Вы слушайте самое интересное. Новый сотрудник запустил поиск по библиотекам и архивам. Даже не знаю, на кой. Может не понял задание, а может просто сильно добросовестный. Или интуиция неплохая. В общем, мы нашли в архиве старых оцифрованных фото некоего Петра Лейбу.
— Еврея?
— Немца. Немного поляка. Из под Гданьска.
— Кто такой?
— Удивитесь, патрон. Он был... профессиональный революционер. Член партии РСДРП, подпольщик. Потом — красноармеец. Командир отряда ЧОН. Пропал без вести в девятнадцатом году примерно в тех краях, где вы сейчас.
Кениг поморщился:
— Очень интересно, но зачем мне этот экскурс в древнюю историю?
— Тот новичок, — голос в телефоне стал вдруг невероятно довольным, — он запустил компьютерную программу сличения фото. И она выдала результат — совпадение по девяносто семи параметрам.
— Потомок? Правнук?
— Патрон, вы не поняли. Девяносто семь параметров! Это невозможно. Если только этот его предок не размножался почкованием. Ну, или, как вариант — его не клонировали.
Нажав на кнопку сброса, Кениг уставился в окно. Собственное отражение — дикое изумление в комплекте с полной растерянностью настолько не понравилось Палачу Милосердия, что он отвернулся. И вслух спросил:
— Что, мать его за ногу, тут творится? Продолжение "Секретных материалов" снимают?
