Конечно, управлять экипажем, когда рядом сидит такой ас, было спокойно, даже можно сказать, весело. Вэл даже пожалела на минуту, что дорога быстро закончилась. Сожаления эти растаяли, как мороженое в жаркую погоду, когда молодой человек вышел из машины и увидел ее подруг.
– Это вы? – спросили он и Софи слаженным дуэтом.
– Вы что, знакомы? – удивилась Лидия.
Вэл добавила масла в огонь, сказав нарочито скучным голосом:
– Вообще-то, как я понимаю, Крис – родственник того самого археолога, которому ты должна передать посылку лорда Кресвелла. Спенсеров на Крите не так уж много, не так ли?
И в Капедиану компания отправилась немедленно.
Распрямившись, Роберт потянулся и взглянул на лежащие перед ним листы. Оба варианта надписи – орочий и критский – были сделаны силлабическим, слоговым письмом. В тексте на древнем языке орков пустыни было сто сорок шесть знаков в пятидесяти полях; в критском – сто шестьдесят семь в пятидесяти пяти полях. Каждый знак повторялся от трех до десяти раз, так что можно было с уверенностью предположить, что это не логографический способ передачи информации, то есть, каждый знак не означает слово или идею…
К сожалению, наличие предположительно параллельного текста на языке древних орков пустыни задачу облегчало слабо: этот народ практически не вел записей, предпочитая устную передачу чего угодно, от преданий до законов и текстов молитв. Роберт уже мозги сломал, пытаясь найти специалиста в этом наречии… да что там специалиста! Он бы согласился работать и с каким-нибудь впавшим в старческий маразм шаманом, если бы тот мог подсказать ему расшифровку еще хоть пары знаков.
Увы, не было такого шамана. Древний язык Степи знали многие, даже и в Старом свете были специалисты, а вот пустынный – нет. И те знаки, что совпадали у тех и других орков, ничем помочь не могли, поскольку не было никакой уверенности в том, что они сохранили свое значение после полной ассимиляции пустынных орков.
Дверь кельи распахнулась, и на пороге возник Крис. Из-за его плеча выглядывало хорошенькое личико Софи Тревеллиан, а за ее спиной в полутьме коридора смутно виднелись еще два женских лица.
– Бобби, а вот и мы! – воскликнул брат, делаю шаг вперед. – Ты как? Вот, я привез тебе Софи и таинственный артефакт, который должен поставить тебя на ноги!
– Добрый день, лорд Спенсер, – вежливо поздоровалась девушка. – Прошу прощения, что мы так вломились к вам, но мне хотелось как можно скорее передать пакет от лорда Кресвелла.
– Здравствуйте, – Роберт нашарил трость и встал. – Рад познакомиться с вами, мисс Тревеллиан, и спасибо, что приехали. Прошу вас, входите. Крис, может быть, ты представишь меня остальным дамам.
– Ох, простите! – молодой человек искренне смутился, но тут же снова расцвел улыбкой. – Это Лидия и Валери. Девушки, познакомьтесь, мой брат Роберт, великий и ужасный!
Высокая брюнетка вошла в комнату вслед за Софи, вежливо улыбнулась и села в предложенное кресло. Хрупкая голубоглазая блондинка – Валери, кажется? – одним взглядом окинула келью, Роберта, сад за окном, стол с рабочими материалами. «Ах, тьма, – выругался про себя Роберт, – рисунки-то я не убрал. Будут теперь пялиться и глупые вопросы задавать, чего ждать от блондинки?».
Вэл, заинтересовавшаяся лежащими на столе большими листами, и в самом деле подошла к ним поближе и стала всматриваться в надписи.
Тем временем Софи достала из небольшого кожаного рюкзака предмет, завернутый в синюю бумагу, и с улыбкой отдала его Роберту.
– Лорд Кресвелл, думаю, положил внутрь подробное описание техники работы с этим артефактом. Так что, я надеюсь, в ближайшее время вы полностью восстановитесь.
– Я тоже на это надеюсь. Сезон кончается, а я с июня не был на раскопках… Впрочем, здешний врач говорил, что это, – он покачал в руке пакет, – должно помочь.
– Скажите, лорд Спенсер, – раздался голос Валери, – метод позиционной статистики ведь здесь не применим? А матричное моделирование вы пробовали?
Рот лорда Роберта Френсиса Спенсера, виконта Элторп, доктора археологии, раскрылся сам собой. Его любящий младший братец фыркнул и сказал:
– Бобби, мы погуляем, я девушкам розовый сад покажу и эти… росписи, ага? – Не дожидаясь ответа, он вытянул за собой Лидию и Софи и плотно закрыл дверь в келью. – Первый раз в жизни вижу, чтоб Роб не нашел что сказать о своих обожаемых слоговых надписях!
Всего через пару часов после рассвета Лавернье сунул золотой девушке и выпроводил ее из отведенной ему комнаты, потом умылся и расплатился с мадам Ургази. Шагнув под своды базара, он первым делом нашел лавочку, где варили кофе, и заказал три порции: первую, аль-каффир, для того, чтобы как следует проснуться; вторую, с медом, чтобы возместить потраченные ночью силы; и, наконец, третью, с кардамоном и корицей – чтобы как следует соображать.
