В одночасье изменилась жизнь мирных жителей Итиля после битвы арсиев с росами. В одночасье потекла она по-иному, непривычному для хазар руслу. Тревога поселилась в их душах. Беда пришла в их жилища. Каждодневные набеги конницы, разоренные юрты, угнанный скот, обесчещенные молодицы. Как знакомо это отчаявшейся Фирангиз! Да только не росы хозяйничали ныне на несчастной хазарской земле! Выполнил ябгу Кандих слово, данное некогда Святославу, что будет ему подмога в походе на хазар. Вот и истязали конники гузов беспощадными набегами на хазарские поселения.
Затишье, что опустилось на Итиль первое время после битвы, сменилось неуемным людским смятением. Кто все еще прятался в землянках, кто, преодолевая страх, в суете укладывал в повозки домашнюю утварь, тюки и узлы, кто наскоро выпекал лаваши, собираясь в путь. Словно Творец, специально внося в свое Творение хаос, решил изменить предначертанный им сюжет.
Кто раньше, кто позже, скрипя деревянными колесами, потянулись из Итиля груженые повозки, запряженные ослами и волами, лошадьми и простолюдинами. Потянулись из Итиля навьюченные верблюды. Хазары в страхе уходили из своих жилищ кто ночью, кто на рассвете, стараясь не встретиться в пути с безжалостными дикарями-гузами. Уходили прочь со своей земли, гонимые неведомыми им законами жизни, бессознательно подчинясь законам развития земного мира.
Эх, разгулялась удаль молодецкая, потешила душу на ратном поле. Славной победою утвердилась на земле козарской! Нанесен, знатно нанесен первый главный удар, о котором долгие годы, темные ночи и ясные дни грезил молодой князь Святослав, к коему готовил себя и дружину свою, не покладая рук и сил, не давая отдыха разуму своему и телу.
Ради этого первого удара по несокрушимости Хазарии и шел князь Святослав многие версты от Киева Великого до устья Волги. Ради того и терпел глад, хлад и лишения. Ради этого в узде держал и дружинников своих, дабы не растратили силы на пустое, дабы до срока не сложили буйны головушки.
И без того Радомир и Чилига – лекари дружинные – руки сложа не держат. А после встречи с козарами, еще пуще времени на лясы-балясы нет. Многих потеряли росичи в этой схватке с козарами. Многие полегли на чужой земле. Жаль дружинников – лихие были молодцы. Да только ради правого дела сложили головушки, ради Князя Великого, ради Руси-Матушки, крепнущего ее могущества, ради имени, отныне славного, почитаемого в веках имени – Русь!
Те, что остались в живых, лечили раны, чистили копья да готовили стрелы, байками-пересудами тешась вокруг костров, хвастаясь трофеями, что заполучили в бравом бою от козарских арсиев.
Не сидится князю на месте. Ходит он от костра к костру, от окружья к окружью воинов своих. Кого одобрит шуткой, где крепкое словцо ввернет.
Легкая победа не кружит Святославу голову. Победа над Итилем, еще половина победы. Понимает Святослав – земли козарские не одним Итилем меряны. Еще не покорилась ему Белая Вежа[65]. Семендер только грезится росам. И некогда Святославу расслабляться да почивать на лаврах итильских, надобно ему идти далее.
Один удар – еще не победа, а посему нельзя давать козарам опомниться, надобно идти на Дон. Пока дружинники его вкруг костров праздные разговоры ведут, отдыхая от минувшей битвы, он умом раскидывает, как лучше поступить, чтоб охочие рты, такие как хитрый Хорезм, его, Святослава, жирный итильский кусок из-под носа не увели.
Долго думал князь Святослав. В конце концов, решился, собрал вокруг себя дружину свою.
– Вот что, дружина моя, – обратился к ратникам Святослав, – собрал я вас здесь не за просто так. Слово свое княжье хочу молвить. – Святослав обвел тяжелым взглядом собравшуюся дружину. – Знатно бились вы с козарами, за то благодарю, но не след нам, воинам, расслабляться. Иные победы нас ждут, иные земли надобно покорять! А время не ждет! Потому, не могу долго оставаться на итильской земле. На Дон надлежит путь. Здесь, на землях Хазарана[66], оставляю два гарнизона для присмотру, да и вообще…
Что вложил Святослав в смысл слова «вообще», он и сам не ведал, однако в тот момент помыслил, что и с двумя гарнизонами козарам не совладать, ибо торки, с легкой руки ябгу Кандиха, разгульно хозяйничали на козарских землях. День ото дня совершали они все более разорительные набеги, не давая козарам вздохнуть.
Кто знал сейчас, стоило ли уходить Святославу с этих земель? Стоило ли оставлять без княжьего призора не крепко закрепленные за Русью земли? И долго ли эти земли будут под русской волей? Но великие планы Святослава – покорить Хазарию Руси – не давали ему возможности оставаться здесь долее, укрепиться прочнее. Манящая за собой мечта, неуемная жажда завоеваний заставляли князя собрать его главные силы и уходить сейчас на Дон, оставив на отвоеванных им землях всего два небольших гарнизона.
