– Фирангиз, – снова донесся до нее слабый голос. Она обернулась. Голос доносился из глубины кибитки. Теперь она поняла – ее звал Юнус. Она остановила верблюда и перебралась к старику, – Фирангиз, – еле уловимо пошевелил губами старик, когда она склонилась над ним. Она давно забыла те времена, когда он называл ее по имени, бросая лишь безликое «старуха», – вот тут… больно, – Юнус показал на грудь. – Мне не добраться до Сия-Куха… чувствую, близится мой час, – прошептал он. – Помоги мне встать. Хочу выйти из кибитки на свежий воздух, хочу последний раз взглянуть на мою хазарскую степь.
– Будет тебе, мой господин, – ободрила его Фирангиз, – мало ли что у нас, стариков, болит.
– Нет, чую свой скорый конец. – Юнус закашлялся.
Превозмогая себя, Фирангиз помогла отяжелевшему Юнусу сойти на твердую землю. Она заботливо расстелила шкуру, и Юнус опустил на густой овечий ворс свое бренное тело.
Юнус ощутил свежесть утренней прохлады. Он поднял глаза к небу. Оно было еще молочно-серым, но из-за горизонта уже вставало огромное багрово-оранжевое солнце. Юнус медленно обвел взором степь, словно старался навсегда запомнить ее мельчайшие подробности. Старик сделал глубокий вдох, будто хотел надышаться полынной чистотой степного хазарского воздуха. Внезапно глаза его неестественно округлились, и он повалился назад. Последний хрип вырвался из его груди. Он не дышал.
Опешившая Фирангиз растерянно смотрела на только что отошедшего старика, которому отдала всю жизнь, оставаясь его рабыней, на чужой для нее земле. Совладав с собой, Фирангиз закрыла Юнусу глаза.
Он ушел со своей земли навсегда, как навсегда ушел с нее и весь хазарский народ, подчиняясь неумолимым законам этноса, вынужденный уступить место тем, кто продолжит ход Мировой Истории. Истории, которая столько веков прославляла хазарское могущество, но теперь предстала перед этим народом жестоким и неумолимым палачом…
После сокрушительного удара Святослава были и другие, более мощные удары Руси по хазарским землям. Князь Святослав стал первым, кто положил начало необратимого падения Хазарии. Мирные хазары то уходили, то возвращались в свои жилища, в надежде восстановить прежнее течение их обывательской жизни, приспосабливаясь даже к чужой власти. Но стремящаяся к развитию эволюция народов диктовала иное.
Госпожа Эволюция, которую во все времена величали и Судьбой, и Провидением, и Божьим Промыслом. Эволюция, перед которой равны все некогда жившие на земле племена и народы, некогда существовавшие религии. Эволюция, в ходе которой все обречены на рождение, все обречены на неизбежный уход.
Так или иначе, но в вечном противостоянии племен, в их непримиримой борьбе за место под солнцем великая истина земного бытия: место под солнцем занимает молодость и сила, ибо молодость и сила – основа эволюции.
Молодая Русь, возмужавшая, окрепшая, потеснив отжившую свой срок Хазарию, заняла достойное место под солнцем, ибо ей в истории народов предстояли еще великие дела, великие свершения, великие победы и великая биография на многие времена вперед!
А хазары ушли. Ушли не сразу, не вдруг, и не только со своей исконной земли. Они покинули планету, растворясь в небытие, не оставив ни наследия, ни потомков. Хазары ушли безвозвратно, не породнившись кровно с каким другим народом, дабы по космическим законам создать новый народ. Некогда могущественная и сильная Хазария пала, канув в Лету без следа.
Остановилось сердце мировой торговли Средневековья, куда во времена расцвета Хазарии проторенными тропами со всего света стекались несметные торговые караваны. Теперь лишь ветер гулял по степи да племена полудиких кочевников, пришедших на эти опустевшие земли.
Пройдет более двухсот пятидесяти лет, прежде чем придет в эти края Чингисхан, рассыплется горохом по степи его Золотая Орда, и воцарится на долгие времена татаро-монгольское иго.
Лишь через триста без малого лет посол французского короля Вильгельм Рубруквис найдет в низовьях Волги три татарских городка. По-разному станут прозывать один из них: и Хазиторокань, и Аштархан, и Аджитархан, и Цитрахан. Многие события увидит этот маленький городок, пока, минуя века, не обретет заслуженную славу южного форпоста Руси, пока не назовется в устах и летописях нынешней Астраханью.
Славны сей город и сия земля, которые столько веков существованием своим волнуют самые светлые умы человечества!
Многие и многие посвящают целые жизни постижению тайн далекого существования хазар, собирая по крупицам целостность их быта. И дай бог каждому этносу, каждому народу вызвать в душах потомков столь же неугасимый интерес, оставить о себе на многие века такую же яркую память, какую оставили хазары.
Загадка их стремительного взлета, их короткой жизни и их внезапного ухода в никуда так и останется загадкой. Нам остается лишь помнить их, ибо они – наши далекие предки.
