– Мы не только его корыто расклюём, мы ещё директрисе шепнём, что он в раздевалку подсматривал. Но эта краля тоже хороша… Зачем вызвалась, если знала, что ни на что не годится?
В красном анораке была Тася, она смотрела искоса и нервно тёрла одна о другую ладони, как будто стараясь их согреть:
– Этой квочке только бы в центре внимания быть… Нет, это ей так просто с рук не сойдёт!
Марго посмотрела на Тасю:
– А где пакеты с дерьмом?
– Вон, за скамейку положила. Эта пигалица минут через десять придёт, так что лучше подальше держаться, а то провоняешь.
Марго поёжилась, как будто у неё по спине проползла холодная змея:
– Ну, дев, я прямо вся дрожу! Мы ей и за воротник напихаем, и под юбку, и в всю рожу вымажем!
– Да!
– Да!
– Потому что кто мы? – Марго присела на полусогнутых ногах и развела в стороны руки с сжатыми кулаками, словно готовясь к прыжку.
Аля и Тася набрали побольше воздуха в грудь, чтобы весь район узнал об их самоидентификации, но из чьего-то окна раздался приятный хриплый баритон:
… я буду знати тайну твою,
Воду твою пити єдину!
Ти завжди зі мною! Ти – сила моя!
Ти – мій талісман, моя Афіна!
Аля презрительно сплюнула в сторону:
– Ну вот, ещё этих нам тут не хватало.
Тася обернулась в сторону музыки и как-то вся опала:
– А это что там за мужик по газону с фонариком рыщет?
Марго от досады скрипнула зубами, с трудом выдохнула:
– Нам тут свидетели не нужны… Придётся завтра эту клушу проучить. Расходимся!
Девушки вступили в пятно фонарного света и как будто тут же растворились в вечернем сумраке.
Когда Максим пришёл в кафе, то солнце уже давно скрылось за горизонтом – только фонари освещали вечерний сумрак казавшегося пустынным микрорайона. Надо прикинуть, где лучше ставить этот летник, чтоб входы-выходы не загородить. Примерил, прикинул, но как ни старайся, а перед кафе трёх столиков не разместить – каких-то несчастных полметра не хватает.
А если с торца? Максим пошёл по газону, неловко оступился и рулетка выпала из рук, скрылась в траве – не видно в потёмках. Макс достал из кармана сотовый, включил на нём фонарик и в его свете стал искать рулетку, которая как сквозь землю провалилась. Максим отступил на шаг назад и на шаг влево, и так подсветил, и этак, чтобы неуловимая рулетка блеснула прищепкой и себя обнаружила. Над Максимом на втором этаже открылось окно и оттуда на весь район разнеслось:
Небо над Дніпром -
То без тебе я!
Небо над Дніпром,
Кличе кров моя!
Максим раньше не слышал этой песни, она ему понравилась. Он увидел, что девушки-подростки в свете фонаря пошли куда-то на восток. Вспомнил, что когда-то он после школы с друзьями по весне тоже вечерами слонялся допоздна…
– Порхайте, пташки божьи…
Утром Максим ждал приезда айтишников, которые должны были доделать все кассово-терминальное. После обеда придёт художник и к вечеру тут всё будет чинно-креативно. По большому счёту, «Караван» был готов к походу и только ждал работников: улыбчивых и обходительных официантов, ироничных и находчивых, задающих тон всему заведению барменов и расторопных, обстоятельных поваров. Кадров, которые решают всё. Если получится грамотно организовать их работу, то и шероховатостям офисного крючкотворства не устоять. Максим ждал встречи с сотрудниками, чтобы начать дело, но и текущий момент хотелось продлить, растянуть до бесконечности – когда всё готово и впереди целый каскад открывающихся возможностей: пока дело не начато, то все они как будто бы есть, но каждое решение, каждый шаг, сделанный в одном направлении не даст сделать вместо него другие… То есть в этом данном моменте возможность глобальной экспансии, коммерческого успеха и привнесения в жизнь горожан чего-то хорошего, нового и важного безусловно есть. Немного удачи и…
Дверь открылась и с шумом ввалился запыхавшийся Гриша:
– Здорово, Макс! Я с этих полоумных в шоке просто! – он грозно показал рукой куда-то на улицу. – Уж вы или крест снимите, или трусы наденьте!
– Что стряслось? Кто тебя так обидел?
– Ей-Богу, сил моих больше нет! Куда ни плюнь – сплошной эко-активизм и деваться от него некуда! Раздельный сбор мусора у них, авоськи-шоперы, шапки из полторашек, выбросы в атмосферу и зимняя резина, а как до дела доходит, так толку хватает только вейпы курить и на электросамокате по тротуару носиться!
– Да ты объясни толком, что стряслось-то?
– Да то стряслось, что начинаем за здравие, а кончаем… В том и штука, что кончить по-нормальному не можем! Хотим жить, как в Европе, а делаем, как… Ладно. – Гриша шумно выдохнул, приводя нервы в порядок. – Нашёл тут рядом велопарковку, сегодня велосипед решил там оставить.
– Так хорошо ведь! Инфраструктура!
