Условный рефлекс полностью

И она действительно поняла. Не сразу. Но через некоторое время. Когда они подъехали к зданию офиса, который окружили, казалось бы, около сотни журналистов и репортеров. Вспышки фотокамер ослепили, хотя стекло было предусмотрительно тонированным. Натали непроизвольно забилась в самый дальний угол салона и на какое-то мгновение даже перестала дышать. Но Брендон успокоил её. Сказал, что всё хорошо, что так нужно.

Он очень боялся, что спугнет её. Что Натали не перешагнет через себя – просто не сможет. Что не рискнет броситься в океан, кишащий кровожадными акулами. Но его девочка оказалась намного смелее, чем он думал. Она не просто вложила в его руку свою ладонь. Не просто вышла из машины, окунувшись в совершенно иной, чужой для неё мир. Она доверилась ему. Стойко выдержала яркие вспышки фотокамер; нелепые и порой даже обидные вопросы, которые один за другим журналисты выкрикивали ей из толпы; эмоциональное давление, которое они оказывали. Она прошла с ним до самого входа рука об руку, ни разу не передумав и не предприняв попытки повернуть назад.

Остановившись, но не отпустив её руки, Брендон повернулся лицом к взволнованной толпе.

Один вдох. Второй.

Все замерли, словно завороженные.

Словно каждый журналист, стоящий в данный момент перед зданием Трифолиума знал, что вот-вот услышит нечто абсолютно невероятное. То, что без сомнения было достойно занять своё место на первой полосе новостной ленты.

Возможно, учитывая ту дурную славу, которая ходила вокруг Брендона, так всё и было.

– Я пригласил вас сюда для того, чтобы опровергнуть информацию, несколько дней назад появившуюся в СМИ. – Брендон выдержал паузу, а затем продолжил. – Я никогда не делал предложения Габриэлле Ланкастер. Наши с ней сексуальные отношения едва ли ваше собачье дело, но во избежание новых грязных сплетен, официально заявляю, что они закончились ещё несколько месяцев назад. – Внезапное признание Брендона вывело из оцепенения журналистов. Одна за другой начались вспышки. – Натали Хейворт – женщина, которая сейчас стоит здесь вместе со мной – та, которую так несправедливо очернили, обвинив во всех возможных смертных грехах. – Секунда. Пауза. – Всё, что написали о ней, всё от первого и до последнего слова – циничная, гнусная ложь. – Снова вспышки. Ярче. Больше. Интенсивнее. – Эта прекрасная девушка не заслужила подобной клеветы. Да, вы будете абсолютно правы, если скажете, что не бывает дыма без огня. У каждой новости, какой бы она ни была, есть первопричина. И у той, за которую вы впервые ухватились несколько дней назад – тоже. – Брендон снова немного помолчал, а затем, посмотрев вниз, осторожно коснулся пальцев Натали. Переплел их со своими. Сжал вначале слегка, едва ощутимо, а затем сильнее. Крепче. И поднял взгляд. – Для меня эта женщина не просто очередное увлечение. Не случайная связь на одну ночь. Она – мой мир. Весь мой мир. И я хочу, чтобы прямо здесь, сейчас, перед всеми вами, она согласилась стать моей женой.

Синие глаза моментально посмотрели вверх, и он тут же утонул в их глубине.

Натали чувствовала, что Брендон собирается сказать что-то журналистам, о чем-то объявить, что-то опровергнуть. Возможно, понимала, что он хочет оспорить все те грязные слова, которые о ней писали. Но он знал – она никак не ожидала, что услышит нечто подобное.

Не так. Не во всеуслышание.

Брендон ощутил, как дрогнула её ладонь, и как гулко застучало сердце.

На мгновение в толпе все замерли, а затем роем посыпались вопросы.

– Мистер Макгил, вы действительно собираетесь взять в жены эту девушку?

– Мисс Хейворт, вы примите предложение?

– На какой месяц будет назначено событие?

– Будет ли Габриэлла Ланкастер в вашем списке приглашенных?

– Церемония будет закрытая?

– Вы хотите большую свадьбу?

– А что обо всем об этом думает миссис Макгил?…

Вопросы сыпались и сыпались, а Натали, не моргая, продолжала смотреть прямо на Брендона. Молчание начало становиться пыткой. Брендон понимал, что умирает каждую секунду, в которую не получает ответа.

– Ты сказал всё это серьезно? – Вдруг прошептала Натали. Едва слышно. Но достаточно отчетливо.

– Более, чем, – ровно ответил он, хотя внутри – в самом центре сердца – всё дрожало и пылало.

– И ты… действительно хочешь жениться на мне?…

Она спросила это с таким удивлением, что Брендон даже не сдержал легкой усмешки.

– Считаешь, невозможно хотеть жениться на тебе?

– Да. То есть, нет. То есть… – Натали запнулась, затем сделала вдох. – Просто я никогда не думала, что ты из тех… ну, которые… создают семью и… всё прочее.

Брендон подошел чуть ближе, а затем свободной рукой нежно коснулся её щеки.