— Тебе бы поболтать с моей женой, — усмехнулся Чжао Юньлань, — у меня с литературой никогда не ладилось.
Существо мерзко хохотнуло, с трудом двинуло скрюченными руками и вытащило откуда-то маленький золотой колокольчик.
— А что насчёт него? Помнишь, что это такое?
У Юньланя волоски на загривке встали дыбом, стоило ему увидеть этот предмет. Колокольчики способны поддерживать связь с миром духов; ими пользуются, чтобы призывать или управлять чужими душами. А у Юньланя в левом плече отсутствовал истинный духовный огонь: его душа по сравнению с другими людьми была особенно нестабильна. Не колеблясь, Чжао Юньлань ударом каблука сломал смеющемуся существу руку и склонился, чтобы подобрать золотой колокольчик.
Однако коснувшись его, Юньлань ощутил невозможную тяжесть. Крохотный колокольчик размером с ноготь весил, казалось, несколько тонн. Запястье Юньланя пронзило болью, а колокольчик не сдвинулся даже на волосок.
Существо противно засмеялось:
— Великий и беспощадный… Даже колокольчик поднять не может. Существует ли в этом мире что-то ещё более абсурдное?
В этот момент на них с рёвом налетел порыв жуткого ветра, и колокольчик в раскрытой ладони существа тихо звякнул. Чжао Юньлань мгновенно напрягся, словно натянутая струна: кнут в его руке дёрнулся вперёд, отразив огромный шар призрачного огня в ближайшее дерево. Толстый ствол мгновенно прогорел до сизого пепла и теперь тоскливо потрескивал, пока из него окончательно утекала жизнь.
Но ветер принёс и швырнул в сторону Юньланя целую вереницу огненных сгустков; кнут свился в тугую петлю, обвиваясь вокруг самого себя, но вскоре Юньланю невольно пришлось отступить.
По пути он подумал, что конец года здорово подвёл его по всем фронтам, кроме любовного: Юньлань не только остался без гроша в кармане, но и преступники, с которыми приходилось иметь дело, становились всё хитрее и злее.
Из могил показались когтистые костяные руки, поползли по земле. Коротышка, что только что валялся поверженным под ногами Юньланя, воспарил в воздух, окружённый со всех сторон ревущим призрачным огнём. Золотой колокольчик, свисающий с его сломанного пальца, медленно раскачивался на ветру, издавая тонкий, почти неслышимый звон. Тёмная энергия покрыла землю, кроны деревьев окутал смертоносный белый туман, и вскоре все они потускнели и высохли; вороны с криком сорвались с иссохшихся веток и взмыли в бесконечное чёрное небо.
Убывающая луна теперь тускло светилась алым.
Чжао Юньлань ощутил, что ничем хорошим всё это не закончится.
Отбросив сигарету, он бросился к краю леса.
— Хватит игр, лучше скажи, зачем ты меня сюда заманил! — После того, как ты сломал кому-то руку, уже немного поздновато было притворяться мирным путником. — Ты же не хочешь со мной драться, правда? Я терпеть не могу это дело, и тренируюсь редко, больше просиживаю задницу у себя в кабинете. Может, решим это дело мирно, что скажешь?
Коротышка только безрадостно усмехнулся.
С призрачным пламенем на хвосте, Чжао Юньлань ловко забрался на дерево, балансируя на широких ветках, и через голову спрыгнул вниз, развернувшись в полёте и приземлившись в кувырке на одно колено.
— Поднимаешь мёртвых, — выдохнул он, глядя на противника, — управляешь огнём… Кто ты такой? Призрачный маг? Ангел? Призрачные маги, насколько я знаю, избегают любых контактов с миром живых, чтобы не потревожить истинную темноту или не вспомнить чего-нибудь из прошлой жизни. Так может, ты явился из ада? Но из какого отдела?
— Плевать я хотел на твой ад, — фыркнул коротышка, отмахнувшись, — зачем мне с ними связываться?
— Вот как, — кивнул Чжао Юньлань. — Я понял. Значит, ты из клана волшебных существ, но из какого?
Поняв, что проболтался, коротышка живо закрыл рот.
Чжао Юньлань прищурился:
— Можешь не отвечать. По твоему внешнему виду я бы сказал, что ты один из тех, кто «может слышать мёртвых». Клан Ворон, верно? Придётся мне поболтать по душам с твоими старейшинами, мы с ними в хороших отношениях, ещё не побратались, но весьма близки… Что будешь делать?
Коротышка, пытаясь заставить его замолчать, принялся отчаянно трясти колокольчиком.
Чжао Юньлань засмеялся и вытащил руки из-за спины.
В какой-то момент во время погони он ловко порезал себе палец и кровью вывел на двух талисманах символ, сложившийся теперь в одну сложную фигуру. Оба талисмана уже успели обратиться пеплом — одна половина взлетела к небесам, а другая опустилась на землю.
Стоило этому произойти, и с неба ударила молния, а из-под земли с рёвом вырвался огненный дракон. Небесная вспышка и огонь преисподней в один миг выжгли кладбище дотла: призрачное пламя оказалось втянуто внутрь этой бури. Огонь перекинулся на одежду коротышки из клана ворон, но он всё равно не сдвинулся с места, глядя прямо перед собой.
Выглядел он сейчас маленьким стойким воином.
Чжао Юньлань застыл, встретившись с ним взглядом.
