В последнее время я пришел к выводу, что профессионалу отвычка не грозит – обычно я управлялся меньше чем за три минуты, деловито и эффективно.
Но сегодня меня посетило мучительное желание продлить действо и окунуться в фантазию, раз уж ничто другое не помогало.
Пылающий мозг лихорадочно перебирал разные способы, какими я бы хотел взять Сиенну или дать ей удовлетворение. Я хотел ее обнаженной и возбужденной, прижимающейся задом к моему… переду, стоящей перед зеркалом, чтобы она видела, как я ласкаю ее тело. Наши взгляды встречались, когда она оглядывалась через плечо и выгибала спину, умоляя меня нагнуть ее ниже и войти в нее.
А в следующее мгновение я хотел ее наверху блаженства и смеющейся, потому что ее смех был самым близким к волшебству явлением, какое мне попадалось в жизни. Я хотел, чтобы она была сверху и торопила свое удовольствие, а я поддавал бы снизу бедрами, сжимал ее ягодицы, глядел, как качаются ее груди, и любовался бы ее прекрасным лицом.
Ругнувшись себе под нос, я напрягся всем телом и кончил, вспоминая ее игривую улыбку и манящий взгляд. Единственным звуком в темноте было мое тяжелое дыхание, пока я пытался успокоить частивший пульс. Фантазии в ванной комнате оказались слишком яркими и живыми, и я кончил слишком быстро. В голове еще стоял туман.
Обессилевший, неудовлетворенный и вымотавшийся, я включил свет и навел порядок. Я испытывал не больше удовлетворения, чем несколько минут назад, и в голове оставался вопрос:
Наш первый поцелуй открыл дорогу всему, что пришло потом: безысходности, отчаянию, страсти.
Миновало уже несколько недель с того дня, как она сказала мне, что я веселый. Что со мной хорошо, легко и весело. Слышать эти слова оказалось нестерпимо больно. Я был вне себя от бешенства. И что я сделал? Ушел, как следовало поступить? Как сделал бы любой нормальный человек?
А вот хрен. Я ее поцеловал, потому что, даже хотя она бесила меня до безумия, я скучал по ней и хотел ее.
Поэтому и поцеловал.
Отклонил я ее просьбу приезжать на съемочную площадку вместе? Нет. Я сдался, хотя общаться с ней только как другу или просто знакомому было все равно что лежать в постели из стекловаты.
Когда Клет сказал, что Сиенне сообщили плохие новости, я, не задумавшись, все бросил и кинулся к ней. А когда этот засранец-актер подрулил к нам у палатки-столовой и намекнул, что Сиенне нужно сесть на диету, я готов был взорваться: «А знаешь, как свести калории к минимуму? Навсегда заткнуться!»
Потеряв голову, я поцеловал ее на глазах у всех и остаток дня мучился как в аду, чувствуя на губах ее вкус и проклиная себя.
А теперь она придет к нам на ужин.
Она окажется в моем доме, совершенно недоступная для меня.
Ибо не потеряно то, что можно найти, если искать.
~ Сиенна ~
Я потратила непомерно много времени, решая, что надеть. Сначала я выбрала темно-синие джинсы и тонкий джемпер карамельного цвета, спадавший с одного плеча, а под него белую кружевную маечку. Дейв похвалил, что это красиво.
– Но сексуально или нет?
Шокированный телохранитель сморщился – видимо, такая прямота оскорбляла его тонкую чувствительную натуру.
– Мне нужно выглядеть сексуально, чтобы рейнджер Джетро захотел меня поцеловать и представлял меня обнаженной!
Если сегодня все пройдет как нужно, мы с Джетро с толком проведем ближайшие секс недель.
Шесть недель!
Я не хотела писать «секс», я имела в виду «шесть»!
Шесть. А не секс.
Не секс-недель, конечно же.
Хотя во мне тлела надежда, что некоторые из этих шести недель окажутся секс-неделями, если вы понимаете, о чем я:)
Сведенные брови Дейва разошлись, и он улыбнулся:
– А, понял. Тогда лучше юбку.
– Почему юбку? Чем это юбка сексуальнее джинсов?
– Потому что ее легче задрать, – деловито объяснил телохранитель. – Не говорят же «задрать джинсы», а вот «задрать юбку» – говорят.
Я доверяла Дейву, поэтому переоделась, выбрав простую синюю юбку, такой же топ с острым вырезом и, по настоянию Дейва, нюдовые гольфы выше колен и васильковые замшевые туфельки с перепонкой.
– Очень практичный вариант – без каблука, но изящные, – одобрил Дейв. – А гольфы добавляют сексуальности. Когда он поймет, что на тебе не колготки, а длинные гольфы, никаких пирогов приготовить не сможет, так что перед уходом подкрепись как следует.
Оглядев себя в зеркале, я приподняла юбку на несколько дюймов, чтобы мелькала кружевная резинка гольфов. Дейв просто гений, обязательно прибавлю ему зарплату.
Я командовала, глядя в навигатор, а Дейв сидел за рулем. Спускаясь с горы, мы попали в густой туман, что мне показалось странным. У Бандитского озера ярко светило солнце и на небе не было ни облачка, но внизу и днем стоял туман, окутывая тонким серебристым покровом изумрудно-зеленые леса и узкие дороги. И свет здесь был совсем другим – я словно смотрела на долину фей через фильтр фотообъектива.
