Вот как только не сопротивляются мужчины женитьбе, но этого не избежать. Чувства берут вверх над разумом. Илья так сильно прикипел к Весене, а она к нему, что ничего не могло повлиять на их отношения. Но в этом мире не существовало гражданских отношений, поэтому пришлось посылать сватов в собственный дом.
— Горька, горька, — кричали гости уже через неделю, когда была их свадьба.
Весеня была просто великолепна в свадебном платье. Илья только мог гадать, когда и где это платье было сшито. Он, конечно, не мог даже понять, что раньше женщинам не нужны были салоны красоты, чтобы шить себе наряды.
— Какая ты красивая, — сказал он ей, не в силах отвести глаз, когда они сидели за свадебным столом.
— Я боюсь Илья, — ответила ему Весеня.
— Не нужно бояться, я теперь всегда с тобой, — Илья взял ее ладонь под столом в свою и слегка пожал.
Никита сидел рядом с Ильей по правую руку и кажется ревновал.
— Теперь ты меня бросишь? — спросил он его на ушко.
— Ну что ты Никита, ты мой младший брат, мой оруженосец. Я тебя никогда не брошу, — заверил Илья мальчугана, который вытирал слезы рукавом рубахи, после очередного тоста.
Шикарные свадьбы были большой редкостью в этом городе, поэтому только благодаря Бажену торжество состоялось с таким размахом, ну и слава деньгам.
Столы стояли на улице и приглашали всех соседей.
— А вот и князь, мой брат, — отвлек Илью от своей молодой жены Бажен.
Свита спешилась, вперед вышел человек в богатом наряде.
— Мир, да любовь молодым, — сказал он.
— Вот ты какой, — проговорил князь, обнимая за плечи Илью.
Илья преклонил перед князем Борисом одного колено, как того требовал этикет.
— Ну встань, — поднял его тот за плечи.
— Давно хотел с тобой познакомиться и повидаться. Мне нужны такие лихие молодцы.
— Благодарю, великий князь, — так же по наученному ответил Илья.
— Ну а теперь за молодых, — поднял, поднесенный Баженом, кубок князь Борис.
Илья сидел за столом и думал о своем. Конечно, ему нравилось то, что он теперь был женат. Нравилась красавица жена. Он любил ее. Но как же тот мир? Было столько вопросов и сомнений, но приходилось держать все в себе.
Ближе к вечеру молодых повели в опочивальню. Не обошлось и без обрядов. По пути бросали зерно. Первый в опочивальню зашел «дружка», что-то типа современного свидетеля на свадьбе. Ударил кнутом по постели, выгоняя злых духов и оставил молодых одних.
Пир еще продолжался и за столом, отдельно ото всех, сидели князь Борис и Бажен.
— Ходят недобрые слухи брат, — сказал Борис, сделав большой глоток из кубка, — Скоро будет война, к бабке знахарке не ходи. Еремейка палец о палец не пошевелит. Не пошлет отряд разведать, а нам нужно. Есть надежные люди?
— Так вон Илью и пошлем, с его войском. Больно он ловок, — сделал рекомендацию своему другу Бажен, — дай только свадьбу отгулять.
— А не больно ли он молод? — выразил сомнения князь Борис, впрочем, как и все до него.
— На вид молод, твоя правда. Но ловок и умен. А на кулаках равных нет в нашей дружине. Всех побил, кто пожелал с ним сразиться.
— Хорошо, отправим его на дальние границы. Дадим грамоты, ни одна паскуда не остановит. Два дня гуляйте, не больше. Времени мало.
Вот так, не зная того, судьба Ильи была решена. Ну а пока он остался наедине с Весеней.
— Ты не боишься меня? — спросил он, видя, что она вся дрожит.
