Пожалуйста, пусть наша история будет для вас примером того, что станет, если не слышать друг друга. Иногда простыми словами можно предотвратить катастрофы, остановить войны или исцелить человека. Не давайте в обиду себя, но и внимательно смотрите, не обижаете ли вы. Человеческие чувства неоднозначны и важно принимать и стремиться понять тех, кто вам дорог. Любящий вас человек не может желать вам зла, но у него может быть иное понимание, что для вас зло, а что нет.
Холодный ноябрьский день. Ничего необычного. Со стороны выглядит, будто три подружки решили прогуляться в парке, прихватив глинтвейн в термокружках, и пощебетать о своей непростой студенческой жизни. Яркие шарфы, длинные ресницы и громкий смех – всё именно так, как должно быть у красоток, которым нет и двадцати. Но у одной из них нет в глазах и капли жизни. Не то чтобы для неё это в новинку – она и раньше жила мёртвой внутри. И лучше бы так и оставалось. Однако последние полгода её, будто в насмешку окунули с головой в самую настоящую
.
Идея с вечеринкой в лесу мне не нравилась изначально. Но я никогда не принимаю участия в организации праздников, а только таскаюсь туда, убеждая себя, что мне это нравится. Молли и Эмбер – мои подруги и однокурсницы – постоянно упрекают меня в безэмоциональности и отсутствии вкуса к жизни и тем не менее продолжают меня везде с собой брать. Наверно, стоит сказать им спасибо. Университет и специальность за меня выбрали родители, друзья нашлись сами собой на лекциях, студенческая жизнь подхватила мощной волной, которая с невероятной силой сносит на своем пути даже тех, кто в ней не заинтересован. Единственное, что я делаю для себя, и место, где я, кажется, чувствую жизнь, – это маленький класс изобразительного искусства, где я пишу красками свои мысли. И никому никогда их не показываю. Мне это не нужно, да и никому это не нужно.
– Ты правда хочешь тащиться через эти заброшки в ночи? – Молли уже почти перешла на нервный писк, скрестив руки на груди в знак протеста.
– Так быстрее и уж точно дешевле, чем на такси! – протестовала Эмбер. Её ноздри широко раздувались от напряжения, а брови были высоко подняты. Ей хотелось оказаться на месте раньше всех, ведь музыкант, в которого она влюблена, будет там со своей группой к самому началу. Она давно грезит о нём, надеясь, что именно её он заметит в толпе, и у них будет настоящее "долго и счастливо". Молли умоляюще посмотрела на меня, но тут же отвела взгляд, ведь знала, что мне все равно – пешком так пешком. Теплый майский вечер, воздух пропитан запахом костра и свежести. Уже около десяти вечера, тусовка давно началась, а мы с подругами всё ещё блуждаем по кварталу между заброшенными домами. Девочки, словно курицы на рынке, кричат друг на друга всю дорогу и попивают шампанское прямо из бутылки.
– Мы явно заблудились, Эмбер! Ты просто невозможная со своим помоечным рокером! – вопит Молли и почти уже плачет, однако Эмбер не сдаётся :
– Я тебе сейчас оторву твою белобрысую шевелюру, сучка! В том, что мы не знаем, где находимся, твоей вины столько же!
Внезапно в одном из зданий что-то глухо зашумело, будто упала на пол доска или дверь. Я судорожно остановилась на месте, как вкопанная. Тусклый свет далеких фонарей до нас не дотягивался, и мрак начал на меня давить. Я словно снова вернулась в ту страшную ночь, которая изменила мою жизнь семь лет назад. В голове шумело, хотелось тереть виски, но руки не двигались. Я прекрасно слышала, как подруги кричали мне, что надо бежать и что
Я почувствовала удар по затылку, и только это заставило меня двигаться. Упав на колени, я резко повернула голову и увидела моего обидчика: высокий лысый парень, у него нет даже ресниц и бровей, глаза карие, и будто стеклянные, губы потрескались и высохли хлопьями. Весь его вид показывал опасность, вселял страх и какой-то странный дикий трепет. Однако показывать страх я и не думала, просто сидела и смотрела на него.
– Что, сучка, допрыгалась? Сейчас я разрисую твое красивое личико! – стеклянные глаза забегали по моему телу, а в руках я увидела нож. Надо бежать, надо бояться. Но я сижу и смотрю. Ощущение, что это шанс наконец-то все закончить. У меня никогда не было мыслей о самоубийстве, но мысль, что это сделает со мной кто-то другой, меня заворожила. Я слышала, как остальные парни побежали за Молли и Эмбер. Шум в голове сменился пустотой. Интересно, мои глаза сейчас такие же стеклянные, как у этого животного? Лысый парень опустился перед моим лицом, встал на колени и начал проводить лезвием по щеке, оставляя тонкий порез. Стекло из его глаз испарилось и сменилось удивлением.
– Ты тупая? Это настоящий нож! У тебя что девять жизней? – он начал орать мне в лицо, упираясь своим лбом в мой, а я чувствовала только запах дешёвого пойла из его рта и просто ждала, что будет дальше.
– Чокнутая стерва, ты портишь весь кайф! – парень практически прорычал это.
