Успеть до заката полностью

Как это все современно и своевременно! Тут и третий президентский срок с наследником, и система госаппаратной пропаганды. Тут и искусственные партии, и «слабых – бьют». Тут и панический страх перед цветными революциями, и клятвенные уверения в приверженности власти демократии. И «профилактика революций – это наша ежедневная забота», а «третьего Февраля не будет».

Последовавшие вскоре после дискуссии события с участием ОМОНА показали, что разговоры про безжалостную государственную силу не случайны. Это официальная идеология руководства страны. Вот и классик так же, мол, думает.

«Новая газета» представляет другую точку зрения: это спор не с Александром Исаевичем лично, а с доминирующим (или, по крайней мере, с широко распространенным) взглядом на то, что такое Россия и как должна быть устроена у нас жизнь. Смертельная проблема самодержавия заключалась не в бунтовщиках, а в нем самом. Именно на царизме лежит историческая вина за трагедию народа и крах российской государственности. В этом – один из главных уроков для складывающейся нынче в России авторитарной системы власти, усваивать который она, судя по всему, никак не желает. Подлинную «профилактику революций» ответственная власть начинает с себя, а не с оппозиции, и уж тем более не с вытеснения ее на улицы с помощью сомнительного законотворчества и административных злоупотреблений.

О Февральской революции 1917-го в этом году сказано и написано много. Однако памятные даты проходят, и дискуссия, по нашему обыкновению, сошла на нет, споры улеглись до следующих круглых цифр в календаре. Осенью нахлынет и так же потом стихнет волна разговоров о главном юбилее этого года – октябрьском. Скорее всего, логика и контекст дискуссий будут другими, тем более что к тому времени начнется федеральная предвыборная кампания. Между тем настоящие осознание и понимание того, что случилось 90 лет назад, нам необходимы сегодня принципиально, а не ради только сохранения исторической памяти. Все произошедшее с февраля по октябрь 1917-го (именно так: вместе, без разрыва) чрезвычайно актуально для нас сегодня, сейчас.

Конечно, крушение государства – не случайность. Не результат удавшегося заговора масонов и вражьих сил. И уж конечно – не следствие ослепления элит или «обморока национального сознания», произошедших, мол, в условиях войны, но в конечном счете якобы «под всепроникающим влиянием невидимого, но мощного, струящегося в течение десятилетий, агрессивного по отношению к государственности некоего гипнотического Поля»6.

Глубинная, долго назревавшая причина обрушения власти в феврале 1917-го – это нежелание и неспособность российского самодержавия как политической системы реформироваться, то есть эволюционно развиваться, адекватно отвечая на требования времени и новые угрозы, а также в полной мере соответствовать новым геополитическим реалиям, складывавшимся во второй половине XIX – начале XX века в Европе и в мире в целом.

Цепь событий, приведшая к катастрофе, – как ступени в пропасть. Поражение в Крымской войне из-за технической отсталости флота, запоздалая, «со скрипом», с новыми несправедливостями по отношению к крестьянству отмена крепостного права, «застылость» России при Александре III с его противоречивой «комбинацией «реформ», контрреформ и откровенно реакционных актов», например одиозного и позорного циркуляра 1887 года о «кухаркиных детях». После успеха на Балканах – тяжелейшее поражение в войне с Японией.