Успеть до заката полностью

— Читала, ваш младший сын был не против службы в армии?

— Он состоит на учете в военкомате, регулярно представляет туда документы об отсрочках. Все законы соблюдает. Старший — офицер. Проходил военные сборы в университете.

— А у младшего сына отсрочки закончатся как раз тогда, когда ему уже не надо будет идти в армию по возрасту... Ну а если бы вопрос об армии встал реально?

— Если речь о защите Отечества, каждый из нас пойдет: и младший, и старший, и я. А если это просто так — строить генералам дачи, — то я не уверен, что Алексей пошел бы.

— Многие родители говорят: «Я не Песталоцци, не Макаренко — не могу ничего советовать». А ваш отец воспитывался у самого Макаренко. Наверное, и вам, и вашим детям удалось на себе испытать отголоски того воспитания?

— Ну еще бы. Главное — никогда мой отец не унижал своих сыновей. Потому что его Макаренко тоже не унижал. Он мог наказать, но всегда берег человеческое достоинство. И я растить холопов не хочу. А если с детства унижать человека, то вы его приучаете к тому, что унижение допустимо. Врезать, если очень надо, один на один — это не унижение. Это просто более внятный разговор (у меня же сыновья). А вот, например, зло высмеять сына при товарищах или девочке — значит унизить его.

Я сделал все, чтобы привить детям уважение к участникам Великой Отечественной. Мои дети уважают их гораздо больше, чем, например, Зурабов или президент. Это к слову. Для Михаила и Алексея два их деда, которые прошли всю войну, – абсолютно святые люди, высший моральный авторитет.

— Старший сын у вас приемный?

— Он сын моей жены. Ему было два года, когда мы с ней поженились. Никаких различий между сыновьями я никогда не проводил. Мама у них умная. Благодаря ей братья очень сильно дружат. Старший — всегда опора младшему.

— Один из сыновей в свое время категорически отказался вступать в вашу партию...

— Они оба не занимаются политикой.

— Но какие-то споры на политические темы бывают? В чем дети с вами не согласны?

— Ну вот, например, когда я обсуждал с ними войну в Ираке, они отказались (особенно младший) слушать какиелибо аргументы. Алексей сказал: «Это ваше дело, политиков, придумывать аргументы. А мое дело — быть против. Одно дело — защищаться, если на твою страну напали. Другое дело — нападать. Я против такой войны. А вы, политики, можете говорить все, что вам лезет в голову».

— А в целом они разделяют ваши политические взгляды?

— А у меня очень простые политические взгляды. Они очень понятные: я хочу, чтобы людей уважали, чтобы у них были права, чтобы суд был независимым, чтобы парламент был независимым.

— У детей гражданство российское?

— Конечно.

— На выборах они за кого голосовали?

— Ну за кого, как вы думаете? За меня.

— А если бы проголосовали за кого-то другого?

— Это их выбор.

Уважаемый суд! Уважаемые присутствующие!