Потом ничего не будет. Собрать коалицию под общую установку «против» можно. Но потом все будет парализовано и нельзя будет сделать ни одного существенного шага, чтобы изменить ситуацию в стране. Потому, что представления о том, что делать – у всех разные, если вообще есть. А не менять ситуацию нельзя. Поэтому договариваться о том, что и как менять, нужно сейчас. Для того «ЯБЛОКО» и предложило принципы объединения – содержательные, а не именные.
— Извините, но первый принцип у вас — «против».
Это необходимое, но недостаточное условие. Не все, кто выступает против политики нынешнего президента, наши союзники. Его критикуют и националисты, и изоляционисты, и ортодоксальные коммунисты, и отодвинутые от корыта, и замененные другими, и мало ли кто еще. Наши союзники те, кто понимают, что нужна специальная политика по демонтажу олигархической системы 90-х: созданию, наконец, полноценного института частной собственности, прекращению постоянного возврата к итогам криминальной приватизации, отказ от пересмотра этих итогов на определенных, внятных, общественно приемлемых и экономически допустимых условиях. Наши союзники те, кто понимают, что социальный разрыв в обществе огромен, контрпродуктивен и должен быть преодолен. Наши союзники – те, кому не безразличны источники финансирования политической деятельности. И, наконец, наши союзники – те, кто понимают, что сохранение демократического устройства страны, действующей Конституции, прав и свобод человека в ней записанных – высший приоритет сегодняшнего дня.
— Как можно демонтировать олигархическую систему и не нарушить при этом фундаментального, по нашей Конституции, принципа неприкосновенности частной собственности?
— Можно, если не заниматься мафиозной национализацией и переделом собственности. Мы предлагаем курс, следуя которым можно будет вывести крупную частную собственность из сегодняшнего нелепого положения, когда ее не признает никто. Граждане не верят людям, имеющим крупную собственность, что те владеют ею законно. Бизнес не верит, что он — хозяин собственности, полученной в ходе залоговых аукционов. А власть не признает в этих людях собственников, традиционно рассуждая, что это она, власть, разрешила им лишь попользоваться собственностью. Предстоит изменить отношение всех трех субъектов. Одна из мер — признать все приватизационные сделки состоявшимися, легитимными и больше никогда, ни при каких условиях неотменяемыми. Все, кроме тех, которые были связаны с убийством и другими тяжкими уголовными преступлениями.
— Допустим, все некриминальные сделки признаны законными. И что? Граждане сразу поверят в честных собственников?
— Потребуется ввести компенсационный налог, аналогичный британскому Windfall profit tax, введенному в Великобритании после крупной приватизации государственных активов, а также установить режим использования собственности, полученной по итогам залоговых аукционов. Налог должен быть однократным. Способы исчисления налога, цели, на которые он должен быть направлен, все особенности режима использования крупной собственности, включая сроки, на которые этот режим устанавливается, — все эти вопросы можно окончательно решать только по итогам широкой общественной дискуссии. Таким образом, граждане, получив некоторые компенсации и понимая, как используется бывшая госсобственность, будут несколько больше доверять системе. Нужно серьезно пытаться доказывать людям, что власть может действовать справедливо.
— И власть, по-вашему, со всем этим смирится?
— Нынешняя — нет. Она достойный продолжатель безобразий 90-х. Более того, она пользуется тем, что тогда натворили в корыстных, а также политических целях. Но речь у нас идет о другой власти, о государстве, живущем по Конституции, а не по понятиям. Главное в этом вопросе — принципиальное отделение бизнеса от власти. Прежде всего, власть должна стать прозрачной. Это касается финансирования политических партий, создания общественного телевидения, которое не принадлежит ни государству, ни бизнес-корпорациям. Нужен целый ряд эффективных антикоррупционных и антимонопольных процедур. Чтобы ни у кого никогда больше слюни с клыков не капали: вот я сейчас Петючкина удавлю, и вся его империя, миллиардов на 20, ко мне отойдет.
Необходима решительная смена кадров. Нельзя, чтобы те же люди и на будущее задавали правила игры. Да и кто поверит в изменения, если вся тусовка та же. У нас вообще проблема не только с властью, но еще в большей степени с элитой. Строго говоря – какая элита, такая и власть, такой и Путин.
— На этом демонтаж олигархической системы закончится?
