Словом, сон Клинских был очевиден. Герлз, имена: Надя, Женя, Оля. Женя была не очень. Но я думаю, это с точки зрения совсем уж юношей. Я помню, раньше всякий отвязный парень на вечеринке считал своим долгом произвести акт диогенизации. То есть, осветить лицо. Не то, чтобы Диоген чисто светил. Нет, он светил. И в лицо, неприменно. Он же носил факел днём, освещая путь - так как не видел людей. А на природе, если фонарик, например, один на всех, то подсветка шла спичками.
Я всё говорю к тому, что Женю бы тогда не оценили. Но молодёжь - она такая. Вся сплошь коневоды. Особенно раньше было. Сейчас проще, потому что сейчас и требования другие - есть шмотка унисекс, есть, например, андрогинизация. Потому, Женя бы в наше время была бы, может быть, лысой. Ей бы подошло. Ногти - оранжевые. Синие контактные линзы. Всякие там проколы тела. Словом, словом досталась она Дро, и они общались - и душой, и телом. Ну, и молодцы. Отдых, счастье. Еще говорят, досуг.
Я общался с Олей. Досуг! Мы вышли курить на кухню.
-Надя сидит одна, что ли? - удивился я.
-Одна, а чо.
-Вот же. А ты знаешь такой вариант, две девушки один парень. Давай ее отправим к ним.
-Да пусть сидит, чего тебе?
-Да жалко.
-А не жалей.
-Точно, - сказал Клинских.
Оля поначалу не поняла. Но и потом не поняла.
-Слышь, Влас, там под столом, что ли кто-то?
-Не знаю.
-Ну глянь. Чо он подсекает.
Я посмотрел на кота. Он делал вид, что ничего не говорил.
-Надька замужем, - сказала Оля, - у нее этот самый. Дедушка. Член Политбюро, у-у-у. Она так, чтобы разгуляться, часто не может. Он вчера на Кубу поехал.
-Почему дедушка? - не понял я.
-55 лет.
-В чем прикол?
-Спроси. Ну, квартира как пять этих.
-Брешешь, - сказал я, - у нас три комнаты. Ну у них, пусть, пять. Я что, не знаю.
-Ну не три. А два. И даже уборщица есть. Прикинь.
-Прикидываю. А что ж мы её оставили?
-Вас же двое.
-Ну и что. Слышала про свальный грех.
-Влас, слушай, а правда. Он же сегодня еще на Кубу не уехал. А завтра. Не вчера. И я думаю - если его нет дома, то, может он поехал по своим козам.
-Да чо ты, - сказал я, - мужик тоже имеет право. А за ней не следят?
-Зачем?
-А чо вы её с собой таскаете тогда?
-Она сама. Нравится ей. Ну, вышла замуж за пенсионера, там своя замутка. А теперь же охота. Вот мы и выходим.
-А Ованес?
-А, а чо тебе?
-Да нет, ничо.
-Как раз через её дедушку, ну мужа этого, привозят товары. Джинсы, бухло бывает. Магнитофоны. Ованес их продаёт. Он не предлагал? А, вот его Мальборо. Он говорит, Кампучийское. Самое вкусное.
-Брешет, - сказал я.
-Да что ты заладил?
-Да я просто. А ты ничо.
-Ты мне говорил. Мне все говорят. Знаешь, ты не думай, что она бедная. Она на фабрике не работает. Не то, что я.
-А сколько ей лет?
-Двадцать пять. Здоровая уже кобыла. Институт закончила, не работает. Он ей даёт переводить что-то. Она переводит. Но то чепуха. Она работает с Ованесиком. Иванес мы его зовём. Слышал - ярко свэтит луна.....
-Про ишака, - сказал я.
-А ишак не дурак, ишачонка родил, а дурной Иванес, элементы платил.
-Алименты.
-У нас говорят - элементы. Короче, хочешь, я тебе отдам. Но не сегодня. Я еще хочу.
-Значит, они контрабанду вместе тусуют, - сказал я.
-Да.
-Значит, у них общее дело. Она его любит?
-Я не знаю. Может он и знает, что она с нами лазит.
-А у неё с Ованесом того?
-Нет, ты что. Ему некогда. Мы раз зацепили командировочных. А у неё был Паша. Молодой такой, неопытный. Как раз её Семён Семёныч на партсъезд укатил, так они неразлей вода были. А мы с Женькой смотрим, ну что она в нём нашла? Нравится? Убегай. Да куда ж убежишь. Он связал её, старый осел.
-Детей же нет, - заметил я, - почему связал?
-Ты умный такой. Да ты сам уже - дедушка.
-Получишь.
-Короче, я точно знаю, что он их спалил. Но никто ничего не знает - высказал он её или нет. Из этого, Влас, выходит, что может быть, он ей не муж.
-Ты что.
-А вот что. Ну, откуда я знаю. Просто так. Так считаетя. Что дедушка - ей муж. Может, так и есть. А, ну я штамп не смотрела. Надо штамп посмотреть.
-Если не муж, то кто?
-Дедушка.
-Родной, что ли, дедушка?
-Ну ты же видишь, они привозят барахло. Бухло импортное.
-Ну и что?
-Они вместе работают.
-Ну и пусть работают. Муж и жена заняты одним делом.
-Да. Да ты дурак или как?
-Чо ты, - сказал я.
-А ты чо.
-Хватит. А ты меня понесёшь?
-Полетишь.
-Как карлсон, - сказал Клинских.
Оля обернулась, потом посмотрела на меня.
-Зачем ты голос меняешь?
-Так надо.
Я скажу, что в былые годы всё так и было. Собирается молодёжь. Пьют, занимаются сексом, потом, устав от этого неплохого занятия, все допивают, может - гитарка, может - магнитофон. У нас, словом, было также. Поговорили о Болгарии. Не знаю, зачем. Надя вела себя вполне странно - будто её всё устраивало, что такая вот вечеринка, что ей никто не достался.
-Ты был в Болгарии? - спросила она.
-Был. Вот, будем слушать "ФСБ".
-А что это?
-Группа болгарская.
