Перед адвокатами Артуковича стояла довольно простая задача: надо было продолжать поддерживать созданный Артуковичем образ борца против коммунизма, обреченного на горькое изгнание и скромный образ жизни, что в то время в Южной Калифорнии, да и в значительной части Америки, было лучшим способом защиты. Именно в таком ключе была проведена пресс-конференция в гостинице "Беверли Хилтон", участники которой заранее распределили между собой роли. Присутствовавшие на ней журналисты отмечали, что Артукович выступал на ней в роли бухгалтера, которая устраивала его больше, нежели роль преступника, на совести которого сотни тысяч невинных жертв.
Ничуть не смущаясь, преступник рассказывал о своей деятельности в правительстве "Независимого Государства Хорватии", утверждая, что он никогда никого не убивал, никогда и никому не отдавал распоряжений о совершении хотя бы одного убийства. Он признал тот факт, что был министром внутренних дел, подчеркнув при этом, что не имел никаких полномочий, а затем поведал несколько печальных историй, стремясь угодить вкусам большинства присутствовавших.
Артукович продолжил спектакль, утверждая, что обвинения в его адрес мотивированы политическими соображениями, представляя себя человеком, лишенным покоя и родины, последовательным борцом против коммунизма.
Пресс-конференция, в ходе которой журналистам было запрещено задавать вопросы, закончилась. Артукович и его адвокаты могли торжествовать: поскольку генеральная репетиция прошла с таким успехом, Артукович может и далее придерживаться той же тактики, отвечать на вопросы теми же словами, что и на прессконференции, отвергая все обвинения. Спустя несколько дней он именно так и вел себя на допросе в связи с требованием о выдаче. И этого было достаточно, чтобы об Артуковиче стали говорить не как о главаре усташей и преступнике, а как об антикоммунисте.
Считая, что нужно предпринять какие-то шаги, наш посол в США Владимир Попович распорядился, чтобы югославский консул в Лос-Анджелесе выдвинул против Андрия Артуковича обвинение в массовых убийствах людей. Артукович обвинялся в убийстве 1239 людей, в том числе 58 детей, 47 православных священников, 48 раввинов и певчих синагог.
По этому обвинению Артуковича арестовали. В течение следующих 14 дней он находился в тюрьме. Ему было отказано в освобождении под денежный залог.
Пока Артукович находился в тюрьме в ожидании итогов судебного разбирательства, группа его адвокатов, усиленная Робертом Рейнольдсом, адвокатом из Вашингтона, готовилась к защите. Их профессиональное мастерство, а также благосклонность суда свели на нет содержание тринадцати страниц обвинения. Судебное разбирательство велось вокруг несущественных деталей, игнорировались обязательства, вытекающие из Устава ООН, из решений Нюрнбергского процесса, из всех законоположений, соблюдение которых справедливо можно было считать делом долга и чести органов правосудия.
Адвокат Роберт Рейнольдс с самого начала пытался морализировать, представить деяния подсудимого как нарушение этических норм, время от времени задавал вопросы в благосклонном, слегка покровительственном тоне, говорил о несправедливости по отношению к Артуковичу – жертве коммунистических махинаций. Словом, с помощью Рейнольдса Артукович постепенно превратился в американца, в совсем другую личность – хорошего знакомого среди старых приятелей.
Рейнольдс не уставал в течение последующих восьми лет твердить:
– Все это представляет собой лишь коммунистический заговор против Артуковича! Потому что он всю жизнь боролся с "ними". "Они" (коммунисты) против всего того, за что выступал он… Несчастные усташи, даже когда находились у власти, были лишь безответными овцами и даже тогда не могли ничего подобного совершить. Нацисты ввели в Хорватию свои армии, а эти бедняги должны были выполнять то, что им приказывали.
Так, ничуть не смущаясь, авторитетно заявлял первый адвокат, Роберт Рейнольдс, производя впечатление человека, уверенного в том, что он говорит. Однако это всего лишь казалось. В действительности он хорошо знал суровые иммиграционные законы и изо всех сил старался не допустить депортации Артуковича.
Уверовав в выдуманную им версию, Рейнольдс без тени смущения говорил о своем подзащитном:
– Я очень хорошо его знаю. По-моему, он приятный, тихий человек, очень религиозная личность… Утверждения о том, что Артукович был замешан в убийстве короля Александра, превратили его в свое время в глазах хорватов в мученика. Его назначили на пост министра в правительстве Павелича в качестве "почетного члена", сделав своеобразную уступку народу… Я думаю и даже убежден, что его использовали как орудие. Посмотрите, ведь его перемещали с одной должности на другую: сначала он был министром внутренних дел, затем министром юстиции, потом председателем верховного суда. Некоторые считают, что его перемещали столько раз потому, что он держал себя безбоязненно…
