При массовых арестах людей свозили в так называемые сборные пункты. Они имелись во всех более или менее крупных городах. В сборных пунктах, обнесенных колючей проволокой, люди вынуждены были спать на бетонных плитах или на земле под открытым небом.
Усташские охранники издевались над арестованными, помещенными в эти пункты. Большая часть евреев прошла через сборные пункты Загреба и Госпича. Отсюда узников отправляли дальше.
В Госпиче при посадке женщин и детей в грузовики было совершено страшное преступление. Какаято еврейка попросила усташа подать ей ребенка в грузовик. Усташ проткнул ребенка штыком и передал его матери.
ЛИДИЯ РОЗЕНБЕРГЕР так описывает свою поездку из Госпича в Крушчицу:
"…В конце августа 1941 года нас, около 800 человек, отправили в закрытых вагонах в Ястребарско. К нашему составу присоединили вагоны с женщинами из лагеря Паг – еврейками с детьми – всего около 100 человек. Переезд в Ястребарско был настоящей мукой. В вагоны, предназначенные для перевозки скота, затолкали по 50 человек. В течение двух дней, пока мы ехали, вагон был закрыт, так что мы не получали ни пищи, ни воды, а нужду справляли в самом вагоне…
Уже 2 сентября 1941 года нас, всего около 300 человек, отправили в лагерь Крушчица. Ехали мы так же, как и из Госпича в Ястребарско, с той лишь разницей, что на этот раз вагоны были закрыты четыре дня, и ровно столько дней нам не давали ни пищи, ни воды".
АНИЦА ЭРЕНФРОЙД-ПОЛИЧ:
"На станции Ясеновац наш состав стоял целую ночь. Эта ночь была самой тяжелой за все время нашего пребывания в заключении. Тот же босниец, которого я упоминала, рассказывая о лагере в Слани, ворвался в наш вагон вместе с другими усташскими бандитами, держащими ножи в зубах. Они перевернули вверх дном весь наш багаж и унесли все, кроме самой необходимой одежды.
В ту же ночь, после упомянутого мародерства, в наши вагоны вновь вломились бандиты. Освещая ручными фонариками узниц, они выбирали тех, кто помоложе и покрасивее, и уводили их в пустой вагон. Всю ночь оттуда доносились крики, взывавшие о помощи, и плач несчастных женщин, изо всех сил сопротивлявшихся бандитам, которые всю ночь издевались над ними, избивали их. Наутро эти женщины все в синяках от побоев вернулись в вагоны, ничего не говоря о случившемся, так как бандиты пригрозили им смертью".
Из общего количества евреев (14 тысяч человек), проживавших до воины в Боснии и Герцеговине, в период оккупации было уничтожено около 12 тысяч. В некоторых небольших населенных пунктах Боснии и Герцеговины евреев не депортировали, а убивали в ходе погромов, в лагерях, в различных местах их ликвидации.
В то время как на территории Хорватии массовое интернирование евреев началось уже в конце июня 1941 года, в Сараево первое массовое интернирование проводилось только в сентябре, но начавшись, осуществлялось такими темпами, что уже к началу 1942 года большинство сараевских евреев находилось в концентрационных лагерях.
В полночь 3 сентября 1941 года в квартиры евреев, проживавших в центре города, ворвались полицейские агенты, которые приказали им приготовиться для отъезда в лагерь, дав лишь несколько минут на сборы.
Они забирали и старых, и больных, и даже детей, в том числе грудных. Плач и крики разносились по улицам, когда усташи уводили евреев в лагерь в Крушчицу.
Эта акция была проведена с целью освободить квартиры для размещения "Черного легиона" "Черный легион" – элитный усташский полк, формировавшийся из усташской клеро-фашистской молодежи, где культивировался "рыцарский дух крестоносцев" и звериная ненависть к иноверцам. Отличался невероятными жестокостями против мирного населения. Его командира Ю. Францетича усташская пропаганда возвела в ранг "величайшего национального героя" и славила его подвиги. Гибель этого усташского "рыцаря" в боях с партизанами в 1943 году была отмечена по распоряжению архиепископа Степинаца специальной заупокойной службой в загребском кафедральном соборе) Францетича.
Через три или четыре дня вновь была проведена операция по интернированию евреев, в результате которой несколько сот мужчин, женщин и детей было отправлено также в Крушчицу.
Этот лагерь находился в заброшенном имении Гутмана в местечке Крушчица, в 17 км от Травника. Первые партии заключенных стали прибывать в Крушчицу с 28 августа по 1 сентября 1941 года. Среди прибывших было около тысячи человек, в основном еврейских женщин и детей из лагеря на острове Паг и из различных сборных пунктов, а также небольшое число эмигрантов-евреев из Германии и оккупированных немцами стран.
Вскоре после этого прибыло несколько партий евреев из Боснии, а также партия сербских женщин и детей из Герцеговины, в результате чего число интернированных в начале сентября увеличилось до 3 тысяч человек. Часть заключенных была размещена в двух зданиях, по 80 человек в комнате, большинство же было помещено в недостроенные бараки. Эти бараки не имели ни окон, ни крыши, ни пола, заключенные лежали прямо на земле. Единственное, что они получали из еды, это три-четыре кусочка картофеля, плававшего в воде.
СЕРАФИНА ЭНГЕЛЬ:
