Шумная драка в баре и злющий адвокат привели к тому, что этот ворчливый хоккеист готов отбывать свой срок в Силвер-Спун Фоллс.Рид ЛоулессУ меня была одна работа в Силвер-Спун Фоллс — сделать так, чтобы хоккейная команда «Соколы» выглядела хорошо. Мой план сорвался, когда в местном баре начали размахивать кулаками, а двойник Барни Файфа отправил меня в тюрьму. Теперь я заперт в своём гостиничном номере, пока мой соблазнительный адвокат пытается решить проблему. Кроме того, мне нужно, чтобы она решила другую проблему, которую сама же и создала… ту, которая постоянно возникает, когда она рядом. Она ещё не знает об этом, но моя работа только что изменилась. Теперь моя единственная цель — завоевать её сердце.Рен ЭшфордПрисматривать за крутым хоккеистом после драки в баре не входило в мои планы, но я всё равно с ним связалась. Конечно, никто не говорил мне, что это он устроил скандал. Или что он совершенно бесстыдный. Последнее, чего я хочу, — это чтобы на меня навешали ярлык «хоккейной зайки». Но, когда Рид смотрит на меня, все мои правила вылетают в трубу. Встречаться с клиентом строго запрещено, но не влюбиться в этого мужчину невозможно. Просто сначала я должна сотворить несколько чудес. К счастью для него, это в некотором роде мой конек.Но никто из нас не ожидал, что опасность подстерегает нас прямо за углом…Берите свой молоток и надевайте мантии. Заседание суда начинается!Этим адвокатам и судьям предстоит рассмотреть свои самые сложные дела… влюблённости! Найти свою вторую половинку не входило в их планы, и они даже отдаленно не готовы отстаивать свои интересы, но их будущее зависит от серии сладких и страстных романов инста-любви от семи ваших любимых авторов романов о пышных девушках!
Рид
— Не могу поверить, что в Силвер-Спун Фоллс действительно появилась хоккейная команда, — говорит Адалинн Монтгомери, протягивая мне пиво через барную стойку. — Ты в восторге от переезда сюда?
— Это отстойнее, чем некоторые другие варианты, — бормочу я, хватая бутылку и делая большой глоток. По правде говоря, мне наплевать, где я играю, главное, чтобы я играл. Когда в Техасе стало возможным создание второй команды АХЛ, на ринг вышло множество разных городов в качестве претендентов. Но деньги решают все, а в Силвер-Спун Фоллс их больше, чем в большинстве других.
Здесь можно бросить клюшку и попасть в миллиардера. На мой взгляд, это хорошая новость для нас. Это означает, что у нас меньше шансов распасться через несколько лет или переехать за пределы штата, как это происходило с большинством профессиональных хоккейных команд в Техасе на протяжении многих лет. Переезды — часть жизни, когда ты профессионально занимаешься спортом, но во мне растет идея пустить корни.
Силвер-Спун Фоллс кажется мне чертовски подходящим местом для этого. Мой бывший сосед по комнате в колледже и брат Адалинн, Гаррет Марш, работает здесь школьным тренером по футболу, так что я знаю нескольких человек в городе. Я провёл здесь последние несколько дней, осматривая место и общаясь с прессой. Все были дружелюбны и радушны, но не из кожи вон лезли, чтобы познакомиться со мной. Это чертовски здорово. Обычно, когда люди слышат, что ты профессионально играешь в хоккей, то сходят с ума.
Здесь к этому относятся спокойно. Никто не пытался залезть ко мне в штаны, напросившись в мой гостиничный номер. Никто не перешептывается, когда я вхожу в здание. Я здесь просто ещё одно лицо. В городе миллиардеров я не так уж интересен.
— Привет, сладенькая, — пьяница, сидящий через два стула от нас, щелкает пальцами Адалинн. — Как насчет того, чтобы ты перестала с ним флиртовать и уже налила наши чертовы шоты?
Щёки Адалинн порозовели, в глазах вспыхнул огонь. Она открывает рот, собираясь отчитать его, но я быстро качаю головой.
— Я понял, — говорю я, прищурившись при виде этого придурка. Если бы её муж, Рейзор, сидел здесь, этот мудак уже лежал бы на полу за то, что так разговаривал с его женой. Никто не проявляет неуважения к Адалинн в присутствии Рейзора. К счастью для него, Рейзора здесь нет. Он в задней части зала с остальной группой, готовится сыграть небольшой сет. К несчастью для этого придурка, я здесь, и мне тоже не нравится, как он с ней разговаривает.
Этот ублюдок и его друзья начали буянить и грубить с тех пор, как я вошел в дверь пятнадцать минут назад. Судя по выражению лица Адалинн, они действовали ей на нервы гораздо дольше. Я предполагаю, что они начали, как только Рейзор отошел в сторонку.
— Как насчет того, чтобы относиться к ней с некоторым уважением? — спрашиваю я, поворачиваясь на своем барном стуле лицом к нему. Он молод, у него налитые кровью голубые глаза, клочковатая козлиная бородка и блеск в глазах, который говорит о том, что ему не терпится подраться.
— Как насчет того, чтобы заняться своим делом, красавчик? — бормочет он, выпрямляясь в полный рост.
Я закатываю глаза, не впечатленный зрелищем. Я играю в хоккей с трех лет, и был маленьким тощим засранцем, пока не достиг половой зрелости и не набрал вес буквально за одну ночь. Я давным-давно научился принимать удары. Также научился наносить ответные удары. Меня не называют Лоулесс только потому, что это моя фамилия. Когда я на льду, я беспощаден.
Но это не лед. И я должен вести себя наилучшим образом. Тренер прижмет мою задницу к стенке, если я устрою скандал или обрушу на нас гнев прессы прямо сейчас. Это последнее, что нам нужно.
— Просто следи за своими гребаными манерами и перестань вести себя как идиот, который никогда в жизни не разговаривал с женщиной, — рычу я, пригвождая его жестким взглядом, говорящим «не испытывай судьбу». — Это не поможет тебе выглядеть крутым перед твоими парнями. Сейчас ты выглядишь как высокомерный сексистский придурок.
Кончики его ушей краснеют. Он фыркает, когда я поворачиваюсь на своем барном стуле.
— Спасибо, — бормочет Адалинн.
— В любое время.
Она отходит к дальней стене, чтобы взять бутылку текилы и разлить по шотам для этого идиота, а я возвращаюсь к своему пиву. Думаю, даже в Силвер-Спун Фоллс есть придурки. Это печально, правда. Некоторым людям действительно не следует разрешать пить в общественных местах… или просто находиться в общественных местах.
Мои часы вибрируют, сообщая, что почти без десяти восемь. Я не обращаю внимания на напоминание. Утром я должен был возвращаться в Остин, но ещё чертовски рано подниматься в свой гостиничный номер только для того, чтобы пялиться в потолок.
