– Этот листок благополучно пролежал в архиве четверть века,– сэр Стюарт позволил себе улыбнуться,– и лежал бы там ещё не одно столетие. Большевики атеисты и не верят, что существуют вещи, находящиеся за гранью человеческого понимания. Они и обнаружили его пропажу совершенно случайно после проведённой ревизии. Думаю, аресты в архиве это всего лишь звено в цепочке массовых чисток, устроенных Сталиным. Он и ведать не ведает, что под самым носом у него находилось такое сокровище.
– Сокровище,– эхом отозвался Георг VI,– Вы абсолютно правы. Скажите, сэр Мензис, записи на нём не истёрлись за столько прошедших лет?
– Нисколько, Ваше Величество, всё видно очень чётко, листок совершенно не повреждён. Видимо, он лежал среди других документов последнего Российского Императора.
– Замечательно,– король улыбнулся,– я сам ещё не видел его, но сгораю от любопытства.
– Наши эксперты проверят его на наличие отравляющих и других вредных веществ и, самое позднее, через два дня он будет у Вас.
– А человек, который достал его, что с ним?– осведомился король.– Я хочу, чтобы его щедро наградили, он настоящий герой!
– Конечно, Ваше Величество. Правда, он подал прошение об отставке.
– Вот как? Почему?
– Он уже не молод, я его третий непосредственный руководитель. Опасная поездка в Москву и долгая дорога домой лишили его последних сил. Он просится на покой, и его можно понять: столько лет заниматься одним делом и, наконец, триумфально завершить его.
– Я хочу встретиться с ним, сэр Мензис, непременно хочу увидеть его! Жизнь таких людей крайне интересна и поучительна. Кстати, как его зовут?
– Этот офицер работает под псевдонимом Генрих, Ваше Величество. Простите, но я не имею права раскрывать его настоящее имя.
Король рассмеялся:
– Ох уж эти шпионские игры!
Улыбнувшись, сэр Мензис развёл руки в стороны:
– Такова специфика профессии.
– Я хочу попросить Вас об одном одолжении,– король немного понизил голос,– все бумаги, касающиеся этого дела…
Он замолчал, пытливо глядя собеседнику в глаза.
– Уверяю, Ваше Величество,– твёрдо ответил директор Ми-6,– никакого дела никогда не существовало.
Георг VI протянул руку:
– С Вами приятно иметь дело, но помните, что идёт война и королевская семья, как и вся Англия, рассчитывает на новые победы Вашего ведомства. Удачи, сэр!
Ответив на рукопожатие и, с достоинством поклонившись, шеф Секретной службы вышел из кабинета.
Москва, метро «Домодедовская», наше время
Студия оказалась маленьким уютным помещением на втором этаже высокого белого здания, одновременно служившим и спальней, и столовой.
– Располагайся,– пригласила Рина, указав на большой надувной матрас, лежащий на полу.
Всё остальное пространство было занято коробками и пластиковыми ящиками, в которых, судя по всему, находился реквизит.
– Работала на киностудии?– поинтересовался я, снимая с головы парик.
– Сто лет назад,– махнула она рукой.
– А как попала в «Систему»?
– Прошла естественный отбор.
– Что, кроме тебя некому было раскрашивать лица и шить парики?– съязвил я.
– Кроме меня не нашлось ни одного мастера спорта по пулевой стрельбе, а ещё я семь лет занималась боевым самбо. Понятно?
Она вышла из квартиры, закрыв дверь на ключ.
«Серьёзная дама»,– подумал я.
Рина вернулась минут через пятнадцать.
– Ходила в магазин,– она положила на стол пакет,– купила зубные щётки и немного еды. Я тут редко бываю, основной реквизит находится на складе в конторе.
– Какое совпадение, у нас тоже есть склад,– сообщил я,– контора разделилась, а методы работы одинаковы.
– Угу,– Рина включила электрический чайник,– только мы не воруем Президентов и не занимаемся возрождением людей с явными психиатрическими отклонениями.
– Послушай,– я накрыл ладонью её руку,– давай договоримся раз и навсегда: что было, то было. Помним, но не напоминаем.
– Договорились,– она мягко высвободила свою руку,– тебе чай или кофе?
– Чай. И ещё ты обещала смыть косметику с лица.
– Дай мне пять минут,– кивнула она.
Под кухонным столом я обнаружил несколько табуреток и уселся на одну из них.
Рина появилась быстро, как и обещала.
На ней были джинсовые шорты и короткий чёрный топ, подчёркивающий белизну кожи.
Светлые волосы были собраны в две косички, отчего она напоминала первоклашку, пришедшую на первый звонок.
Я показал ей большой палец, одобряя плоский живот и упругие мышцы на руках, но на грудь и ноги старался особо не смотреть.
Рину нельзя было назвать классической красавицей, но думаю, древние греки оценили бы правильные черты её лица и миндалевидную форму зелёных глаз.
– Зря пугала,– закончив осмотр, сообщил я,– ты очень симпатичная, честное слово.
Она застенчиво улыбнулась и две ямочки на щеках придали её лицу какое-то милое и одновременно трогательное выражение.
– Сколько тебе лет?
– Тридцать,– она была смущена и не скрывала этого.
Закинув в чашки одноразовые пакетики и разлив по чашкам кипяток, я открыл пачку овсяного печенья.
– Рассказывай, жена, чего ждёт от нас руководство?
Сделав глоток, она посмотрела на часы:
– Шеф позвонит в течение часа, он хочет лично объяснить тебе некоторые нюансы.
