Я сразу понял, кто работал над оформлением помещения, но Рина с восхищением крутила головой по сторонам.
Нас встретил крепкий мужчина с цепким взглядом:
– Добрый день. Вы записаны?
– Добрый день,– ответила Рина,– мы не записывались, но моя близкая подруга, которая порекомендовала обратиться сюда, ничего об этом не говорила.
Он кивнул:
– Пойдёмте.
Мы пересекли холл, оказавшись перед небольшой группой нарисованных берёз.
– Вам сюда.
Мужчина нажал на один из стволов и словно приоткрыл дверь вглубь леса.
Но попали мы не в лес, а в уютный светлый кабинет.
Увидев нас, человек, сидящий за столом, поднялся:
– Добро пожаловать! Меня зовут Николай Петрович. Что Вас интересует?
Он указал рукой на стоявшие напротив стола стулья.
– Отличная работа,– сказал я, когда мы присели,– лес выглядит очень натуральным. Мне даже показалось, что я уловил аромат прелой листвы.
– А,– улыбнулся мужчина,– в холле стоят специальные распылители, они и создают такое ощущение.
– Художник просто гений,– Рина подняла вверх большой палец.
– Не познакомите?– поддержал её я.– У нас в загородном доме как раз ремонт намечается, его талант нам бы очень пригодился.
– К сожалению, не познакомлю, поскольку сам не знаком,– развёл руки в стороны Николай Петрович,– я тут человек новенький. Давайте перейдём к делу.
– Пару лет назад,– начала Рина,– моя подруга делала здесь подтяжку лица, результат ей очень понравился и, зная, что я давно хочу исправить форму носа, она порекомендовала обратиться в вашу клинику.
– Отлично,– он потёр руки,– Вы сделали правильный выбор, наша клиника открылась первой в стране и, кроме того, извините за нескромность, тут работают самые лучшие специалисты.
– Не сомневаюсь,– я погладил бороду,– но она сказала, чтобы мы непременно делали операцию у главного врача. Не поймите неправильно, я ни в коем случае не хочу Вас обидеть, но…
Сделав паузу, я увидел, как на его лицо легла тень.
– Дело в том,– тихо ответил он,– что основатель клиники и одновременно её ведущий специалист погиб.
– Как?– воскликнула Рина.
– Автокатастрофа,– пояснил он,– влетели в неправильно припаркованный грузовой автомобиль. Все трое погибли на месте.
– Там были его коллеги?– спросил я.
– Личный шофёр и его правая рука, генеральный директор нашей клиники. Сегодня состоялись похороны.
«Интересно,– подумал я,– шофёр и Стервятник тоже участвуют в этой комедии или Виктор Антонович не стал мелочиться, разыгрывая партию сольно?»
– Очень жаль, примите наши соболезнования,– Рина покачала головой,– но в таком случае мы с мужем возьмём паузу на обдумывание. Для моей подруги эта новость станет шоком, она собиралась к вам на очередную подтяжку.
– Конечно, потерю шефа невозможно возместить,– развёл руки Николай Петрович,– но, поверьте, наши хирурги имеют огромный опыт работы. Если не будете возражать, могу проконсультировать Вас прямо сейчас. Это бесплатно.
– А сколько будет стоить сама операция?
– Всё зависит от сложности, но обычно сумма не превышает трёхсот тысяч рублей.
– Хорошо,– я встал, помогая подняться Рине,– благодарим Вас за информацию и ещё раз приносим соболезнования в связи с гибелью Вашего руководителя. Всего доброго!
– Непременно приходите!– он поднял руку в знак прощания.
Охранник проводил нас до дверей.
Возле гаража я немного задержался, поправляя развязавшиеся шнурки, и обнаружил, что кирпичная кладка на нём тоже нарисована.
– Вот такие дела,– сказала Рина, когда мы опять оказались в студии,– ты видел, сколько там камер? Муха не проскочит. Обычно в таких клиниках охранниками работают бывшие полицейские, вышедшие на пенсию, а этот больше похож на спецназовца.
– Позвони своему шефу, мне непременно нужно встретиться с одним человеком.
Набрав номер, она передала мне трубку.
– Да,– услышал я голос Власика.
– Добрый день, Валерий Фёдорович.
– Привет, Гоша! Надеюсь, ты не успел сообщить ей, кто я такой на самом деле?
– Мы не общаемся на такие темы. Что с моей просьбой?
Я услышал, как он вздохнул.
– Послушай, ты интересуешься очень влиятельным человеком, и мне бы хотелось знать, для чего?
– Мне кажется, он может помочь в наших поисках.
– Он владелец одного из крупнейших банков страны и, кроме того, держатель множества государственных бумаг.
– И что с того? Разве это мешает мне поговорить с ним?
– Катя рядом?
– Да.
– Скажи ей, чтобы прогулялась в магазин, я перезвоню через пять минут.
Связь разорвалась.
Я посмотрел на Рину, которая была занята пистолетом, подаренным ей Сталиным.
– Не хочу тебя обидеть,– мягко сказал я ей,– но твой шеф очень хочет, чтобы при нашем разговоре никто не присутствовал.
– Я и не обижаюсь,– она поднялась,– разве пешка имеет на это право?
В её голосе не было горечи или обиды, но мне вдруг стало неловко:
– Если хочешь, можешь остаться, я скажу, что разговариваю без свидетелей.
– Ты, конечно, скажешь, а вот Толик вряд ли. Пойду, подышу воздухом. Яблок купить?
Кивнув, я проводил её до двери.
Однокнопочный телефон, лежащий на столе, требовательно загудел, и я быстро поднёс его к уху.
Побережье Финского залива, июль 2013 года
