— Володя, камеру ставь тут, — сразу берется за дело Серпов. — Миша, как думаешь, что со светом?..
— Все в акурате шеф.
— А у меня проблемы. Тут небольшое эхо, — говорит звукооператор, устанавливая технику.
Леночка в розовом костюмчике нервно переминается с ноги на ногу и шепчет Проскуриной:
— Что-то я так нервничаю, словно они нас за этим столом есть будут. Почему так много приборов? — и опасливо косит по сторонам.
— Это типичный ужин во дворце. И не переживай, бессмертные в присутствии людей не пьют кровь. Дурной тон. Ужинать будут только гости.
Дверь открывается, и входят вампиры. Все это военные, в мундирах, но уже не те старики, что присутствовали на официальной встрече в первый визит Проскуриной. На этот раз практически все молодые и как она потом понимает, наследники княжеских родов. Офицеры приветствуют гостей и замирают явно ожидая чего-то еще. Тут же входят дамы. Это гостьи из мира людей. Все молодые, нарядно одетые и вполне довольные жизнью.
— Володя, ты снимаешь? — шепотком спрашивает Серпов.
— Туристки? — шепчет шеф.
— Да, это наши, — кивает Проскурина.
— Вижу по зубам, что не чужие… — кивает он, потому как дамы улыбаются и по прикусу это очень хорошо заметно. Да и одежды у девушек типично человеческие, по современной моде.
В числе молодых офицеров присутствует один знакомый Проскуриной военный — капитан Аримас. Он замирает, изумленный видеть Калину и потом делает в направлении старой знакомой шаг. Но тут же теряется, взглянув на свою спутницу, и так и не заканчивает свой путь. Лишь кивает и говорит старой знакомой:
— Рад видеть вас, Калина.
— Взаимно, Аримас.
После этого мужчина уходит к столу, на отведенное ему место и помогает присесть своей даме. Но все время бросает встревоженные взгляды на знакомую журналистку.
Все бессмертные садятся через стул. Дама, кавалер, дама, кавалер. Поочередность такая. Когда все рассаживаются за столом остается несколько свободных мест.
— Прошу вас, — обращается к Проскуриной распорядитель вечера. Такой всегда был и на прошлых обедах, политических. Он всегда следил за порядком и размещением гостей, отдавал беззвучные распоряжения обсуживающему персоналу и стоял в углу, где совсем не бросался в глаза. Такая себе бессмертная тень.
— И мне присаживаться? — уточняет Калина.
— Да. Господин Серпов и помощница, — кивает распорядитель, указывая на свободные места. Остаются лишь два пустых места — во главе стола. Большой трон и еще один поменьше, как видно Вишнар будет с дамой…
Вскоре дверь распахивается, и все офицеры разом вскакивают со своих мест отдать честь первому лицу государства. Члены съемочной группы, те, что не за столом, переглядываются в легком волнении — а как им приветствовать вошедшего? Они ведь и так стоят.
Не торопится подниматься только Серпов. С немалым интересом изучает Вишнара, а потом беглым взглядом его даму — молодую и довольно красивую брюнетку с пышными бюстом. Но тут же слегка кривит на миг губы, осознав, что и эта человек, значит ничего интересного.
Правитель бессмертных дает своим подданным знак рукой, что они могут присесть и направляется к столу. И только тут Серпов поднимается — неторопливо, с достоинством.
В эту секунду, только за то лишь, как встает и какое имеет выражение лица Михаил Юрьевич, Проскурина глубоко и навек зауважала его. Обычно люди испытывают перед Вишнаром легкий трепет. Это было заметно даже в глазах военных генералов на первых мирных переговорах. И вот тот первый на ее памяти мужчина из мира людей, который смотрит на государя вампиров уверенными глазами. Вишнар выше и крупней, но Серпов держится так, словно они одного роста и положения.
— Господин Серпов? — Вишнар протягивает руку, и этот жест всех изумляет. Государь обычно не здоровается за руку. Никогда и ни с кем. Тем более что перед ним человек. — Вы уже снимаете?
Государь поворачивается к камере и делает туда небольшой кивок.
— Рад знакомству.
— Взаимно, — кивает Серпов, все так же спокойно, уверено и неподобострастно и жмет протянутую кисть.
— Приветствую всех ваших зрителей. Рад видеть их у себя в гостях, — указывая на стол гостеприимно, но при этом со свойственным ему государственным величием, говорит Вишнар. — Присаживайтесь.
— Госпожа Проскурина?.. Я вас не заметил, — тут же говорит государь, уже слегка меняясь в тоне, с легкой ноткой пренебрежения.
— Добрый вечер, — отвечает она, бросая взгляд искоса и с легким оттенком иронии уточняет: — Неужели я так исхудала?
— Напротив… До меня долетали слухи, вы бедствуете. Но насколько я могу видеть, это не так. Раздобрели. Безусловно, это меня радует, — добавляет он, сменяя легкую иронию на полное безразличие к обсуждаемому вопросу, и тут же переключается на Серпова, сидящего к нему ближе всего. — Как вы доехали? Хорошо ли вас разместили? Надеюсь, вам предоставили все необходимое?
— Да, пока, да. Благодарю, — коротко отчитывается тот.
